Батюшка пел свои молитвы, а я плакала, не сдерживая слёз. Сейчас я не стеснялась Грэя. Я бы предпочла стоять здесь без него, но он бы меня не оставил без присмотра, так что просить его уйти было бессмысленно.

Гроб стоял на двух табуретках. После отпевания появились солдаты и опустили его на автомобильных тросах в могилу. Я бросила три горсточки земли на крышку гроба. Грэй последовал моему примеру, а потом дал знак солдатам, чтобы они закапывали могилу.

Подул лёгкий ветерок, унося с собою смрадный запах, и дышать стало легче.

— У меня даже нет цветов, — грустно выдавила я из себя, как будто Грэй сейчас, как фокусник, достанет из-за спины гвоздики.

Тем не менее он меня удивил. Мужчина отошёл к забору и нарвал пучок одуванчиков. Это было неожиданно и трогательно.

— Вот держи, Аня, — с улыбкой протянул он мне жёлтый букетик.