Моя грудь высоко взлетела от судорожного вздоха и слезы, наконец, прекратили бежать по щекам.

Ари прав. И он первый и единственный, кому я готова верить. Я хочу ему верить. До самого конца. И я буду ему верить, что бы ни случилось.

Руки с силой обвились вокруг моей талии, влажные губы коснулись шеи в поцелуе. Моё тело пропустило удар, и веки опустились. На этот раз это был не страх. Это было желание. Я хотела отдать ему всю себя. Хотя бы сегодня. Потому что если не сделаю этого, буду жалеть всю оставшуюся жизнь.

– Я – не твой последний шанс, Тея, – прошептал Ари, целуя меня в шею и опуская вниз шлейку лифчика. – У тебя всё впереди. Обещаю, у тебя будет жизнь, которую ты заслуживаешь.

Но без него.

Я хочу… хочу чтобы Ари стал моим последним шансом! Хочу этого больше, чем чего-либо ещё!

Но этого не будет. Я знаю.

– Скажи и я остановлюсь. – Наши глаза встретились в зеркале, и вторая шлейка лифчика упала с плеча.

Я слабо покачала головой, давая понять, что не хочу его останавливать, и Ари с нежностью улыбнулся, продолжив осыпать мою шею поцелуями, обнимать за талию и круговыми движениями поглаживать живот, опускаясь всё ниже – к трусикам. Я коснулась затылком его плеча и склонила голову набок, давая больше места для поцелуев. Ари не спешил, будто наслаждался каждым мгновением. Я наслаждалась. Хотела быть его. Хотя бы однажды.

Его пальцы коснулась резинки моих трусиков, и я вновь напряглась. Ари плавно развернул меня к себе и посмотрел в лицо. Его глаза казались бездонными, полными чувств и печали. Он знает. Знает, что он не мой шанс.

Его руки обвились вокруг моей талии, губы припали к губам в мягком поцелуе и Ари приподнял меня над полом, опустив на свою огромную кровать. Навис сверху, будто ожидая, что я вот-вот оттолкну его, но я не собиралась этого делать. Только не сегодня.

Ладони скользили вверх по телу, от бедра к груди и кожа тут же реагировало мурашками. Внизу живота бушевал океан эмоций и с каждой секундой проведённой в его объятиях, я чувствовала себя всё увереннее.

Его губы нашли мои, и каждый новый поцелуй оказывался сильнее предыдущего. Ярче, отчаяннее, глубже.

Мне нравилось целовать Ари. Нравилось чувствовать его язык играющий с моим, нравился вкус его губ и то с какой грубой нежностью он припадает к моему рту, словно не может насытиться, но боится испугать. Его руки скользнули мне за спину и освободили грудь от белья. И Ари вновь остановился, всё ещё пытаясь увидеть в моих глазах отрицание.

Он готов остановиться.

А я нет.

Обхватила ногами его бёдра и притянула к себе за горячую жилистую шею.