— Что насчет твоего мальчика...

— Мальчика? — не поняла Каро. Какого еще мальчика? Джонсона что ли?

— Ну того, который привозил тебе телефон. Как его зовут, кстати?

— Лекс.

— Ле-екс, — протянула Джудит, кивая. — Александр. Хорошее имя, должна я сказать. Имя полководца.

Каро вздохнула:

— Тетя Джудит, это ничего не значит. Александр — едва ли не самое распространенное имя в мире. Что, все его носители выдающиеся люди?

Джудит надолго задумалась, прежде, чем ответить. Она закрыла книгу, устроив на коленях, поверх сложила руки. Взглянула вперед и неспешно заметила:

— Тебе не должно быть дела до всех, Каро. Достаточно, если выдающимся будет всего один.

Иви не нашлась с ответом. Она сама никак не разберется в отношении к Лексу и тому, что происходит между ними. Обсуждать это с тетей, которой остаются считанные недели...

— Он приедет за тобой сегодня?

— М-м, — отозвалась отрицательно. — Его отправляют в командировку. Вылет не то сегодня вечером, не то завтра утром.

— Жалко, — Джудит немного запрокинула голову. У нее чуть-чуть подрагивала челюсть — то ли от слабости, то ли от слез. — Думала, познакомиться. Может, он неплохой?

Каро кое-как сдержала порыв натурально гаркнуть тетушке, что Лекс может быть хоть единственным светом в оконце, но ей уже просто поперек горла! Что он конченный и законченный себялюбец, он вытрахал ей мозги, упустив все действительно предназначенные для этого места, он...

Ссориться с тетей Джудит из-за Лекса — последнее дело, подумала Каро, сжимая ткань штанов на бедрах.

— Что там насчет театра? — Джудит без труда поняла, что племяннице не хочется говорить о молодом человеке. — Далт не пускает, да? Ты солга... преувеличила, когда обещала?

— Отпустит, никуда не денется, — убежденно отозвалась Каро.

Она понятия не имела, как уговорит доктора. Она не знала даже, как ей отмазаться с работы! Черт, вот если бы Лоусен хоть как-то использовал свои риторические навыки и убедил Картера Уэйла... Хотя, после того, чему Уэйл стал свидетелем, хрен его убедишь.

Каро непроизвольно коснулась губ. Опять. Как две ночи перед этим, когда таращилась в потолок, не в силах уснуть и перестать думать о Лексе. Она мечтала, чтобы в тот день на балконе он успел завершить поцелуй. У него был такой сладкий рот. Лишь чуточку жесткий от того, что Лекс не был гладко выбрит.

Каро желала этот рот. И еще руки Лекса. И всю его силу. И тяжесть.