В другой ситуации и Каро с ее амбициями, и Грейв, и многие другие расстроились бы: вместо того, чтобы подняться в первую десятку, они вылетели из второй. Однако сейчас Грейв прямо в кадре просто лег лицом на стол и кое-как протянул:

— Я щас кончу от радости.

Истеричные слезы и крики сменились не менее истеричным смехом.

Это был самый трудный рейд, какой им только выпадал в жизни. Ни один босс еще не стоил более тысячи попыток. И тем не менее, даже это чудовище сдалось на милость победителей — тех, кто принял, что порой самые стоящие идеи поначалу кажутся безумными.

Еще долгое время «Стоункор» рассыпался в благодарностях перед всеми, кто поддерживал их. От близких и согильдийцев, следивших за успехами мейн-состава, до подписчиков. Они благодарили за донаты, они кричали «Спасибо!», в том числе друг другу и особенно — Грейву, что вел их к цели.

Они сходили с ума от усталости.

И были счастливы.

Пол и Ральф обнимали и подбадривали. Лекс писал, как он за нее рад. Даже тетя Джудит заметила в сообщении, что это действительно было намного дольше обычного.

Барт, с безумными глазами крикнул на всю трансляцию:

— Боже, Каро! Жди! Мать твою! О, черт! Я щас приеду! Заказывай еду! Привезу бухло! Ты почему еще не заказываешь?! Шевелись же!

Иви с трудом отдавала себе отчет в происходящем. До самого позднего вечера, пока сон не сломил ее, она горела в экзальтации.

И только утром ситуация в корне изменилась.

Ей показалось, ее снова будит Джонсон — идет в угол террариума. Однако, продрав глаза, Иви обнаружила, что это — экстренный вызов. Кое-как утерев слюни по подушке, Каро поднесла трубку к лицу и сквозь прилипшие волосы пробормотала:

— Да? Кто это? — Прочитать заранее оказалось непосильно.

— Каро? Это доктор Далт.

Иви проснулась мгновенно, подобравшись в кровати.

— Да, доктор Далт. Слушаю вас. Что с тетей?

Врач несколько секунд молчал, подбирая слова и нещадно терзая Иви предчувствиями. Наконец, произнес:

— Я помню, вы просили отпустить Джудит с вами в театр. Каро, думаю, на этой неделе самое время.