— Обещай мне, что никогда не ударишь нашу дочь. Я знаю, многие мужчины в нашем мире думают, что это единственный способ дисциплинировать детей.

— Ария, — яростно сказала я. — Многие мужчины в нашем мире считают, что муж должен так же наказывать свою жену, и я никогда не поднимал на тебя руку и не буду. И я клянусь всем, что имеет для меня значение в этом мире, что я никогда не причиню вреда нашей дочери.

Звон мобильника заставил ее подпрыгнуть, и она бросила взгляд на экран, который лежал на столе. Джианна, конечно.

Ария вздохнула, затем потянулась к телефону и быстро набрала ответ, прежде чем выключить звук и вернуть его на стол.

— Что ты ей сказала?

— Что я в Нью-Йорке с тобой.

— И это все? Ты же знаешь, она не перестанет доставать нас, пока ты не расскажешь ей все до мельчайших подробностей, — пробормотал я, наклоняясь вперед и проводя губами по ее нежной шее.

— Я выключил звук.

— Как будто это ее остановит, — сказал я, и как по команде зазвонил мой телефон. Маттео. Мне даже не пришлось смотреть на экран. Джианна, вероятно, приказала ему проверить ее сестру.

Ария покачала головой с мягкой улыбкой. — Она беспокоится обо мне. Я дала ей много поводов для беспокойства.

И я был гребаной причиной.

Мой телефон не переставал звонить.

Ария откинулась назад, чтобы посмотреть на меня.

— Они не сдадутся.

Со стоном я потянулся к своему телефону и ответила на звонок Маттео.

— Я занят, — пробормотал я.

— Занят в хорошем смысле или в плохом? — спросил Маттео. Я слышал на заднем плане пронзительные препирательства Джианны.

— Я не уверена, что ты считаешь это хорошим способом, — сказала я, жестом приглашая Арию лечь на спину. Она сделала это без колебаний, и я начал растирать ей икры и ступни. Ее лицо смягчилось еще больше, и мое черное, как смоль, сердце тоже смягчилось.

— Лука, — сказал Маттео с ноткой напряжения в голосе. Джианна, должно быть, действовала ему на нервы последние несколько недель. Он был еще более вспыльчив, чем обычно, но кто я такой, чтобы говорить?

— Ария с тобой?