А Юлька… я не знаю.

Она права. Мы очень плохо знаем друг друга.

А сейчас мы одновременно опускаемся на корточки, чтобы поднять упавший набор для покера. И сталкиваемся лбами. Как в какой-нибудь романтической комедии.

Юлька улыбается…

Как я соскучился по ее улыбке! Все это время, пока мы ели мороженое, она сидела с каменным лицом. И я не знал, на каком я свете.

Она меня не выгнала, когда я приперся охладиться при помощи мороженого. Но выглядела предельно напряженной. Смотрела на меня своими огромными глазищами испуганного котенка… Выворачивала душу.

— Ты умеешь играть в покер? — спрашивает Юлька.

— Конечно.

— Твои друзья играют так себе.

— Я тоже так считаю. Делаю их, как сосунков.

Юлька смеется. И мое суровое медвежье сердце скручивается в узел и принимает форму нежной ромашки.

— На кухню? — спрашиваю я, собрав рассыпавшиеся карты.

— Да, там стол, удобно.

А в спальне кровать… Но туда мы не пойдем. У нас сейчас совсем другие задачи. Юлька распределяет фишки, я перемешиваю колоду.

— На что играем?

Она смотрит на меня своими глазищами и молчит.

— У нас возникли некоторые противоречия, — осторожно начинаю я.

— Да.

— Ты хотела домой, я хотел, чтобы мы поехали в избушку.

— Хотел? — переспрашивает Юлька.