— Да, там всё, что нужно.

Я киваю и выхожу из автомобиля. На улице тепло, солнечно. Настроение отличное несмотря на присутствующее волнение.

Открыв заднюю дверь, чтобы забрать оттуда сумочку, я ненадолго замираю, когда смотрю на сына. Сердце пропускает удар, а губы расплываются в блаженной улыбке. Он просто прелесть. Маленькая сладкая прелесть, особенно когда спит. Чёрные волосики, длинные изогнутые ресницы и пухлые щёки, которые охота зацеловывать каждую свободную секунду.

Даня получился у нас с первой попытки, что было удивительно, ведь я всегда думала о том, что планирование затянется на долгие годы, как это было у многих друзей и знакомых. Предполагалось, что у меня будет такой же длительный и сложный этап с бесконечным подсчётом овуляции и тоннами обследований. Тем более, как говорила моя мама, возраст совсем не юный.

Здорово, что всё пошло по другому сценарию и две отчётливые полоски на тесте я увидела спустя короткое время после возвращения из Тель-Авива. Я и плакала, и смеялась. И не верила. Натан кружил меня по квартире несмотря на то, что я умоляла его не нагружать спину. Господи, мне ведь так сильно хотелось, чтобы этого ребёнка он сам попросил. Искренне, честно. Так и вышло. Правда, для этого пришлось многое переосмыслить и пройти персональный ад.

Вспоминая эти эпизоды из прошлого, я не удерживаюсь и наклоняюсь над сыном. Вдыхаю его нежный молочный запах, веду кончиком носа по щёчке. В груди всё сжимается и трепещет, дрожь проходит по телу. И так каждый раз.

Моя беременность была лёгким и волшебным периодом. Я не чувствовала ни усталости, ни токсикоза, ни прочих трудностей. До последних недель ездила на работу, чтобы пообщаться с людьми и разгрузить мужа. В один из таких вечеров, пятнадцатого апреля прошлого года, у меня отошли воды прямо в кабинете.

Дальше был звонок врачу, дорога к роддому. Предвкушение, страх и радость. Даниил Левицкий, мирно сидевший в моём животе все сорок недель, должно быть решил, что я слишком легко отделалась и в больнице показал свой упрямый характер. Целых одиннадцать часов я мучилась от схваток с капельницей в вене. С поддержкой мужа и его верой. Пока врачи не сказали, что у малыша плохо прослушивается сердцебиение и он никак не желает появляться на свет естественным путём. Следом после этого меня увезли в операционную, где сделали экстренное кесарево сечение.

Натан был первым человеком, который встретил нашего Даню и прижал его к груди. Пока я восстанавливалась, он научился ловко менять подгузники, кормить, купать и переодевать сына. Пришлось брать у него уроки.