– Мира, что ты творишь?
– Приезжай, Ром, у нас здесь весело! – захлёбываясь восторгом, повторила она призыв. – Приедешь?
– Не знаю…
– Мы с девочками только что пили за исполнение желаний. Хочешь знать, что я загадала?
– Не уверен… – с тяжёлым вздохом пробормотал Новак.
– Приезжай прямо сейчас! Пока не нашёл достаточно веских доводов, чтобы отказаться!
На некоторое время Новак замолчал, и Мира слышала только тихую музыку, звучащую в его автомобиле, редкие, глухие клаксонные сигналы, что раздавались в стороне, ещё было его дыхание.
– Ром, мне тебя ждать? – проронила Мира на грани слышимости и закрыла глаза, про себя проговаривая «пожалуйста, пожалуйста…»
– Диктуй адрес, скоро буду, – будто нехотя выдавил он обещание, а Мира едва сдержалась от того, чтобы победно не взвизгнуть.
Новак прибыл через полчаса. Она так и стояла в холле, боясь окунуться в мир выпивки, веселья и разврата, рискуя оттуда просто не вернуться.
– Приехал… – выдохнула Мира, встречая мужчину на входе.
Он явно ехал не из офиса. Джинсы, рубашка, модный пиджак. Рома коротко улыбнулся и, придерживая Миру за локоток, отвёл её в сторону.
– Ну что тут у тебя? – чуть рассеянно уточнил он, а Мира расплылась в блаженной улыбке и расправила подол платья.
– Девичник! – с гордостью отчиталась она и напомнила: – А ты приехал, чтобы меня поздравить!
Новак не разделял её радости и смотрел очень внимательно. Сначала в глаза, потом в лицо, а следом оценил и всю остальную красоту. Мира раскованно качнула бёдрами, и стала к нему чуточку ближе.
– Слушай, когда ты уже закончишь этот фарс? – склонив голову набок, остудил её пыл Новак. Мира потянулась к его губам, но не коснулась, только обозначила намерения.
– Никак не выходит решиться. Поможешь? – Рома стиснул зубы. – Как старший товарищ, – добавила Мира и улыбнулась, провела пальчиками по линии пуговиц его пиджака.
– Ты сама заварила всё это…
– Заварила, а теперь жалею! – выкрикнула она ему в лицо, но тут же осознала, что предъявляет претензии не по адресу, пришлось виновато опустить взгляд. – И я всё ещё жду твоего поздравления.
Новак недовольно поморщился, но всё же процедил: