Одариваю его коротким поцелуем и плетусь в кухню за вазой. Ставлю цветы в воду, ловя на себе завороженный мужской взгляд, выключаю телевизор и возвращаюсь на кровать. Не успеваю лечь, как Камиль подхватывает меня и рывком усаживает на свои колени. Его пальцы тут же пробираются под халат, разгоняя мурашки по моей коже, а глаза цепляют за саму душу.

— Получила результаты анализа? — спрашивает он, не отрывая влюбленного взгляда от моего лица.

Я киваю, снова покраснев. Щеки так и пылают, и Камиль без слов понимает ответ.

— Класс, — шепчет он, притягивая меня к себе. — А что там по рекомендациям? Супружеский долг не отменяется? — ласкает он мое ухо дыханием.

— Долг? — хихикаю я. — Я всю жизнь проведу у вас в долгах, уважаемый муж. — Закидываю руки за его шею и запускаю пальцы в волосы на затылке. Поглаживаю, довольствуясь тем, как расслабляется Камиль, сжимает пальцы на моих бедрах и губами скользит по шее. — Доктор прилетит в Москву через четыре дня, — оповещаю его, кивнув на ноутбук. — Просит, чтобы твой отец не затягивал со встречей.

— Я об этом позабочусь. Завтра переделаем твой паспорт, а послезавтра купим билеты на ближайший рейс.

— Камиль, ты всерьез решил все бросить?

— Не все. Тебя никогда не брошу, — улыбается он, чуть отстранившись. — Ты права, девочка, Чеховской меня любит. Он ждет внуков от меня. Если мы переедем в его дом и я вольюсь в его бизнес, он от счастья лет на двадцать помолодеет. Он и так сильный, а с нами вдвое сильнее станет. И тогда никакая болезнь его не убьет.

— От тебя не так-то просто отделаться.

— Вообще без вариантов. — Он тянет за пояс халата, блуждая по мне затуманенным взглядом.

— Камиль! — одергиваю я его. — Ты же, наверное, голоден? Давай я тебя покормлю.

— Я всегда голоден, девочка. — Он распахивает мой халат и хмурится, обнаружив под ним сорочку. — И да, сейчас ты меня покормишь. — Заваливает меня на кровать, впиваясь в мои губы порывистым поцелуем.

— Ками-и-иль, — смеюсь я, — я об ужине. Мама приготовила мясо по-французски.

— Мне достаточно тебя, — отвечает мой муж и больше не позволяет мне менять тему.

Он, как всегда, горяч и изобретателен. Заставляет меня забыть обо всем, окуная в жгучую, губительную страсть своей дикой, охотничьей натуры. Компенсирует нашу сорванную свадьбу и брачную ночь, которой нас лишили. Наполняет меня своей энергией, воскрешает во мне доверие и без устали шепчет, как сильно любит меня, свою медсестричку, свою девочку, свою жену.

Пусть весь мир поднимется против нас, пусть нас снова разлучат, пусть между нами выстроят непробиваемую стену, но теперь я уверена, что никто и ничто не способно пошатнуть нашу веру друг в друга, нашу любовь. Она будет только расти. Расти ежедневно, ежечасно, ежесекундно. Каждый наш вдох — во имя друг друга. Каждый стук сердца.