– Ой, ну хватит, – затыкает их раскрасневшаяся Соня.

Я, сука, яростно против, чтобы она кого-то там обвораживала. Не надо больше жертв. Я хочу быть единственным. Любовь-мармелад, блядь… Она не имеет права размазывать кого-то еще.

Только как сказать об этом ей?

Залипаю на Соне взглядом, и убрать его уже не могу. Охота схватить ее и унести с концами. Поэтому когда она, поймав меня в этом подвисшем состоянии, зовет площадку, с радостью соглашаюсь, а уж танцором диско меня даже по блату с натяжкой не обозвать.

– Спасибо, – выдыхает Соня мне в ухо, едва в толпе обнимаю ее.

– За что? – искренне не понимаю я.

Хотя я, сука, многое до сих пор не догоняю.

– За то, что ты делаешь. За то, что ты со мной. За весь этот день, Саш.

Чувствую, как стучит ее сердце. Отдаю себе отчет, что и она мое ощущает. Вместе они, как обычно, работают на предельных скоростях.

Соня слегка отклоняется. Вижу в тусклых красных лучах ее глаза, губы… И снова глаза. Не сбиться с курса. Не сорваться с крючка.

– Я хочу быть с тобой всегда, – вещаю для самого себя неожиданно.

– Я с тобой тоже.

Вы когда-нибудь пьянели от слов? То, что между нами искрит так, что ослепляет, это уже воспринимается как данность. Но головокружение, вспышки удовольствия, бешеный огонь в крови, одуряющий хмель по разомлевшим мышцам и бесконечная эйфория в самом чувствительном месте за грудиной – все это до сих пор изумляет.

Улыбаюсь и подхватываю Соню на руки. Когда сталкиваемся лбами, довольствуюсь этим контактом как высшей благодатью. Музыка будто сама нас вращает. Я лишь слегка качаюсь, а кружит нас так, словно на реактивной карусели вокруг земной оси летим.

Долго не чувствуем усталости. А надоесть этот контакт просто не может. Потому и проводим на танцполе большую часть ночи. Сонины друзья догуливают без нас. Я под закрытие только счет оплачиваю.

– Едем к морю? – предлагаю, когда покидаем клуб.

– Давай, – соглашается Соня несколько вяло. Устала, догадываюсь я. – А что будем делать?

– Встречать рассвет.

Видя, как загораются ее глаза, широко улыбаюсь.

– Ух ты! Да! Хочу! Хочу! – оживляется, словно у нее резервный генератор врубился. – Хочу!