- Отец погиб. Мама... ее можно в расчет не брать, - смущённо. - Она не помогает. Она и выплаты за инвалидность мою Тае не всегда отдает.

Нда...

- Давай так. Ты сосредотачиваешься на мотивации. Я - на поиске возможностей. Если мы оба справляемся, то я беру тебя на реконструкцию. Но я хочу услышать от тебя внятное и уверенное - "я готов работать". Завтра скажешь о своем решении.

Не дожидаясь ответа, ухожу из палаты. Пусть соберётся.

В дверях сталкиваюсь с Таей, снова ловя тахикардию. Бесконечную и неотъемлемую!

- Руслан Таирович! - идёт за мной.

- Чуть позже, Таисия Валерьевна я Вам напишу весь расклад.

- Не надо мне ничего писать! Когда операция?

- Пока что она бессмысленна.

- Что?.. - дёргает меня за локоть, вынуждая развернуться к ней лицом. - Если Вы не хотите заниматься моим братом, так и скажите!

От скачка давления волна жара бьёт в голову. Перехватываю ее за локоть, затаскиваю в подсобку. Дёргаю к стене, насильно усаживая на кушетку.

- Посиди здесь. Подумай. Приди в себя. И в следующий раз выбирай тон, будь любезна!

Закрывает ладонями лицо. Скинув обувь, подтягивает колени к себе.

Прикрываю дверь. Подхожу к окну,, запускаю холодный воздух. Нам надо остыть.

- У тебя истерика. Успокойся. Со мной воевать не надо, мы на одной стороне.

- Прооперируй его, пожалуйста. Ты же можешь, - шепчет она, ловя мои пальцы. - Он же не виноват, что...

- Что?

- Что я тебя разочаровала! - рассерженно.

Вырываю у нее руку.

- То есть, ты решила продолжать меня оскорблять, да? Иди, короче, к черту, Зотова.