- Окей.

- Ну и это, конечно, должен быть не Зотов, коллеги, - вздыхает Ульяна. - Его мы не можем взять ещё год.

- Почему?? - тяжело сглатывает Тая.

- Несовершеннолетний. Операция экспериментальная. Если что-то пойдет не так, его родители в любой момент втянут нас в суды. И выиграют их. Клиника не пойдет на такой риск. Мы потом не расплатимся. Вот через год, когда он собственноручно подпишет документы - пожалуйста.

- Год?!

- В любом случае, мы не получим лицензию на использование этого оборудования до того, как хирурги получат хоть какие-то сертификаты. Проведут экспериментальную работу...

Все замолкают... Пауза затягивается.

Бросаю на стол карандаш. Всё так - да.

- Нет у Зотова этого времени. Может быть нам пригласить хирурга из Германии в рамках обучения? Мы будем ему ассистировать на этом оборудовании.

- Я не понимаю, в контексте развития отделения и помощи другим пациентам, мы не будем обсуждать это оборудование? - злится Ульяна.

- У нас консилиум по Зотову, - одергиваю ее я.

- Никакого экспериментального лечения несовершеннолетних, я же ясно сказала. Вот, в рамках нашей лицензированной деятельности - пожалуйста. Что угодно.

- Мда. Я могу его кроить вручную. А использовать для его лечения современное оборудование - не могу.

- Не я это придумала, Руслан.

- Руслан Таирович, - вмешивается Давид. - А давайте попробуем "вручную". На оборудовании рассчитаем конструкцию. А потом "ручками".

- Я не возьмусь.

- А Вы возьмитесь! - прищурившись смотрит мне в глаза Давид. - В операционной будем только мы. Хирурги и ассистенты. И мы сделаем это... "без оборудования", - выразительно и с едва заметной иронией. - На глазок. Без всяких экспериментальных технологий. Вы же - гений!

Предлагает обмануть систему?

- Мм! Хм… - прикидываю я.

Если у нас будет это оборудование… то можно рискнуть.