По распоряжению Миланы парнишка, отвечающий за репертуар, заводит «Another Love». Не расставаясь с бокалом, она кладёт обе руки мне на плечи и прижимается всем телом, вынуждая приобнять её крепче, чем мне хотелось бы. Её движения слишком раскованы, я бы сказал, даже отвязны, и не будь я Святошей, возможно ей бы удалось обезоружить меня. Но моё тело, а вместе с ним и дух, давно закалены не одной провокационной проверкой. Потому сохраняю полное спокойствие и лишь выжидаю подходящий момент, когда уже точно все обратят на нас внимание. Будут смотреть и обсуждать.

Краем глаза замечаю, что её подружки достали телефоны. Не иначе, как планируют показывать Неле «её парня» во всей красе. Очень хорошо. Это именно то, что нужно.

Медленно снимаю руку Миланы с плеча и забираю из неё бокал с вином. Она приостанавливается, решив, что я собираюсь из него пить и интимным голосом произносит:

— Тебе я разрешаю.

— А мне не нужно разрешение.

— Ого! — она делает вид, что смущена. — Кажется, становится жарко.

— Ничего. Я тебя остужу, — так же медленно поднимаю бокал и выливаю его содержимое прямо на её роскошные платиновые волосы.

Милана вскрикивает и отшатывается, бордовые струйки, омыв её лицо, стекают за ворот толстовки, она размахивается, намереваясь отвесить мне пощёчину, но я вовремя уворачиваюсь и от этого она выглядит ещё глупее и нелепее.

Все смотрят. Слышно только Тома Оделла. Намертво прибитую корону с лёгкостью смывает одним бокалом вина.

— Больше к Неле не лезь, — говорю я спокойно, но строго. — Она лучше тебя во всём.

Потом иду, забираю на глазах у потрясённой общественности пальто и рюкзак и, бросив на ходу девчонкам с телефонами: «Не забудьте это запостить», покидаю гостеприимную вечеринку.

На улице горят жёлтые фонари, где-то вдалеке лают собаки, ветер приносит холод и запахи осени. Небо усыпано звёздами. Запрокидываю голову и смотрю на них долго, не отрываясь, отчего вскоре начинает казаться, что я тоже там, в космосе, парю вместе с ними в их чёрной, непроглядной вечности. Нет, я не пыль и не соринка вселенной, во мне живут разум и способность принимать решения. У меня есть чувства, желания, нежелания, мечты…

Я ещё не успеваю осмыслить положение, в котором оказался, и испугаться одинокой ночи на улицах чужого незнакомого города, как слышу звук приближающихся шагов. На дороге появляется тёмная мужская фигура и прямиком направляется ко мне.

— Её нигде нет, — издалека говорит Артём. — Если только нарочно не прячется дома и не попросила родителей говорить, что её нет.

Он по-настоящему взволнован, куртка расстёгнута, на губе заметна ссадина. Его одолевает чувство вины, а может и ещё что-то, о чём мне бы знать не хотелось.