Она кивнула, а я повернулась и начала спускаться вниз по ступенькам.

– Поппи?

Я обернулась. Сару освещал такой яркий солнечный свет, что для того, чтобы ее рассмотреть, мне пришлось прикрыть глаза ладонью. Словно она святая, которая заслужила нимб своей неоправданной добротой по отношению ко мне.

Ну, с этим я спорить не стала бы.

– Обычно по пятницам, – медленно произнесла она, – учителя идут в «Бердис». Это традиция. – Она сделала шаг в сторону, смещаясь из-под ярких солнечных лучей, и я наконец смогла взглянуть ей в глаза. – Он может еще быть там.

– Спасибо, Сара.

– Было бы за что, – сказала она. – Ты окажешь миру услугу, если заберешь Алекса Нильсена себе.

Я рассмеялась, но тяжелое чувство никуда не делось.

– Не уверена, что он этого хочет.

Сара пожала плечами.

– Может, и нет, – сказала она. – Но большинство людей слишком боятся спросить себя, чего хотят. Боятся, что у них ничего не выйдет. Я читала об этом в эссе под названием «Тоска миллениала».

Я подавила чуть не вырвавшийся смешок удивления и прочистила горло.

– Броское название.

– Правда ведь? – согласилась она. – В общем, удачи.

«Бердис» находился через дорогу от школы, так что путь до него занял всего две минуты, в то время как мне требовалось минимум четыре часа для того, чтобы придумать новый план.

Весь полет в самолете я репетировала свою впечатляющую речь, искренне полагая, что говорить мы будем наедине, в его классе.

Теперь же оказалось, что разговор произойдет в баре, полном учителей, включая тех, чьи уроки я посещала (или прогуливала) в детстве. Если в мире и было место, которое вызывало у меня больше антипатии, чем освещенные флуоресцентным светом залы старшей школы Ист-Линфилда, то им был темный, тесный бар со светящейся неоновой вывеской «БУДВАЙЗЕР». И именно в него я сейчас входила.

Как только дверь за мной закрылась, дневной свет померк, и перед глазами заплясали разноцветные мушки, которые пропали, когда я немного привыкла к тусклому освещению. По радио играла песня Кенни Чесни, и хоть сейчас было всего три часа дня, весь бар был заполнен людьми. Меня окружило море штанов цвета хаки и хлопковых однотонных платьев на пуговицах, совсем непохожих на яркий наряд Сары. Стены были увешаны клюшками для гольфа, фотографиями гольфистов и полей для гольфа, а также затянуты зеленой искусственной травой (тоже, надо полагать, для гольфа). Я знала, что в штате Иллинойс есть городок под названием Нормальный, но вряд ли он бы сравнился с этим удивительно обычным уголком вселенной.

Телевизор здесь был включен слишком громко, а его звук перебивала мелодия, доносящаяся из хрипящего радио. Шумела толпа, рассредоточившаяся вокруг барной стойки и узких прямоугольных столов, то и дело доносились взрывы смеха и звучали громкие голоса.