А когда ее величество, церемонно поблагодарив Стивена и Анжелу, удалилась (а вслед за ней и прочие члены августейшего семейства), подзадержавшийся около столика и поглощавший оставшиеся сэндвичи дядя Кларенс вдруг заявил, обращаясь к Анжеле, собиравшей оборудование:

– Моя сладкая, может, ты хочешь, чтобы я тебе Лондон показал?

Вот уж чего Анжела не хотела, так это того, чтобы дядя Кларенс показал ей Лондон. Потому что отчего-то не сомневалась: одним Лондоном этот экскурсионный тур не ограничится.

Дядя Кларенс был готов показать ей и многое другое.

Но вместо сурового отказа Анжела восторженно воскликнула:

– О, ваше королевское высочество, вы так бесконечно добры! Мы и мой муж примем ваш предложение с великой радостью! Нам крайне лестно иметь такого гида, как вы, ваше королевское высочество. Прямо сейчас и поедем?

Узнав, что поедет и Стивен, дядя Кларенс сразу сник, что только укрепило Анжелу в подозрениях, что показать он ей намеревался не только Лондон.

Но и, видимо, его предместья.

Но ей было интересно, как дядя Кларенс выпутается из щекотливого положения. Вышел он из него с поистине королевским самообладанием.

Икнув, дядя Кларенс заявил:

– Ах, сладкая моя, я же забыл, что у меня сегодня еще этот дурацкий дом престарелых. Надо дементных стариков утешать, спрашивать, сколько фрицев они в Первую мировую подстрелили и всякое такое. Так что извини, давай в другой раз. Будешь в Лондоне одна, позвони. Это мой личный номер.

И он протянул ей визитку с замысловатым гербом, вероятно, своим собственным.

Дядя Кларенс явно выделил интонацией слово «одна».

– Я живу и работаю в США, ваше королевское высочество, и в Лондоне в первый раз…

Так уж вышло, что в Британии она до этого визита не бывала.