Не желая стать жертвой этого местного жиголо, Анжела заказала коктейль и, усевшись у барной стойки спиной ко всем прочим посетителям, ощутила усталость.
От коктейля ее стало клонить в сон, и она уже собралась было отправиться в гостиничный номер, как вдруг усталость как рукой сняло – ее взгляд задержался на одном из черно-белых фото, масса которых висела на стенах бара.
Решив, что это галлюцинация, Анжела сползла со стула и дрожа подошла к стене, сняла с нее эту фотографию. Но нет, сомнений быть не могло! Так и есть, это мама в компании с моложавым, белозубым, темнокожим мужчиной.
И хотя Анжела
– Откуда… откуда это у вас? – спросила она срывающимся голосом у бармена, вдруг с ужасом понимая – а ведь по возрасту и по внешности он вполне мог быть этим самым улыбчивым спутником мамы, только много лет спустя.
Ее отцом.
Бармен, меланхолично полируя стойку, заметил:
– Из коллекции хозяина. Это, кажется, его бывшая русская жена…
– Он… он умер? – выдавила из себя Анжела, уверенная, что это так.
Бармен кивнул на кого-то у нее за спиной.
– Живее всех живых. Вот же он, богатых белых леди на абордаж берет!
Обернувшись, Анжела уставилась на этого сразу ей не понравившегося бывалого жиголо, который, в самом деле, так и льнул к богатым туристкам.
И это… ее
Тот, заметив ее пристальный взгляд, подмигнул и на неплохом английском произнес, явно принимая ее за американку: