Уложив детей спать, я набрала в ванну воды и пошла за Женей: он был в кабинете. На мое предложение покупаться он ничего не ответил, просто молча последовал за мной, но мимолетную ухмылку мне все-таки удалось уловить на его лице. Пока Женя раздевался, я присела на край ванны и опустила ноги в воду, которая была такой теплой, что я была и сама не прочь понежиться в ней. Женя залез следом за мной и положил голову мне на живот. Я стала теребить его волосы. «Да-а!.. Раньше бы он меня обрызгал с ног до головы. И это были бы цветочки! В конечном счете, я бы оказалась вместе с ним в ванне. А тут! Похоже, дела совсем плохи. Сколько я его знаю, дурачиться он никогда не переставал, чтобы не происходило».

– Ты не обижаешься на меня? – резко раздался голос Жени.

– Почему я должна обижаться? Просто я беспокоюсь, потому что не понимаю, что с тобой происходит в последнее время. Вот и все.

– Сам не знаю. Полная отрешенность и безучастность, словно оказался в другом параллельном измерении и наблюдаю за происходящим со стороны.

– Земную жизнь, пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу.

Женя ухмыльнулся:

– Данте.

– Ага, – подтвердила я, а Женя вздохнул:

– Никак не могу отделаться от чувства, что все мои чаяния чего-то добиться в жизни сводились к одной единственной цели доказать отцу, что я чего-то стою. А теперь его нет, и все стало бессмысленным. Мне все больше кажется, что, может, он был и прав, и нужно было заняться чем-то более серьезным, а творчество это так, пустая затея.