Я с настороженностью взглянула на Кирилла. Сердце замерло, а по спине пробежался легкий холодок.

– Продолжайте. Только не молчите, ради бога.

– Я не хочу вмешиваться…

– Можно подумать, вы в первый раз лезете в нашу семью. По-моему, вы с самого начала активно участвовали в ее создании.

– Но здесь другое, поэтому я и колеблюсь. Не знаю, как поступить…

– Выкладывайте! Я хоть буду знать, что делать дальше, если уж все так плохо, – резко сказала я, добавив. – Можете не беспокоиться, Женя о нашем разговоре не узнает.

– Ладно, черт вас обоих побери! – не выдержал Кирилл и затараторил. – Все началось еще весной, когда Макс с Женей вернулись из Лондона. Со мной связалась одна журналистка, не помню точно, из какого журнала или газеты и все напрашивалась взять интервью. Даже не то, чтобы напрашивалась, а настойчиво требовала встречи. Женя особо не возражал. Мы с ней увиделись, побеседовали. Сразу хочу сказать, она мне не понравилась: чересчур наглая и напористая, не люблю таких! Вроде бы на этом все. Но нет! Она продолжила настойчиво крутиться возле Жени: то на концерт пришла, то притащилась на съемки клипа. Я решил поговорить с ней. Но она ответила, что хочет написать огромную статью о группе, поэтому собирает необходимую информацию. Я вроде успокоился. Но потом… – и Кирилл снова замолчал. Я сидела неподвижно, внутри все оборвалось. Я столько лет этого боялась. А теперь… Резкая боль пронзила сердце, но я нашла в себе силы дослушать его до конца: