27.09.2016 г. Сегодня на подступах к дому встретила Кирилла. Мы перекинулись обычными фразами приветствия и вошли. Я отлучилась в спальню переодеться, а Кирилл остался в гостиной, а когда вернулась, нашла его стоящим у обеденного стола, заваленного кучей бумаг. Увидев меня, он усмехнулся:
27.09.2016 г. Сегодня на подступах к дому встретила Кирилла. Мы перекинулись обычными фразами приветствия и вошли. Я отлучилась в спальню переодеться, а Кирилл остался в гостиной, а когда вернулась, нашла его стоящим у обеденного стола, заваленного кучей бумаг. Увидев меня, он усмехнулся:
– Смотрю, у вас тут работа кипит!
– Смотрю, у вас тут работа кипит!
– Не обращайте внимания. Рабочая обстановка! Устроившись в университет, я совершенно не предполагала, что на меня свалится столько бумажной волокиты.
– Не обращайте внимания. Рабочая обстановка! Устроившись в университет, я совершенно не предполагала, что на меня свалится столько бумажной волокиты.
– Да, Майя мне что-то говорила о вашем уходе, только я особо не вникал.
– Да, Майя мне что-то говорила о вашем уходе, только я особо не вникал.
– Пойдемте, угощу вас чаем!
– Пойдемте, угощу вас чаем!
Кирилл одобрительно кивнул. Присаживаясь за стол, он произнес:
Кирилл одобрительно кивнул. Присаживаясь за стол, он произнес:
– Я собственно зашел к Жене… – И резко притих.
– Я собственно зашел к Жене… – И резко притих.
– Но Жени еще нет, – в растерянности ответила я. – Сегодня или завтра должен вернуться. Вам-то не знать, когда он приезжает.
– Но Жени еще нет, – в растерянности ответила я. – Сегодня или завтра должен вернуться. Вам-то не знать, когда он приезжает.
И Кирилл вздохнул. Я внимательно посмотрела на него: еще на улице он показался мне то ли уставшим, то ли обеспокоенным, а теперь эти сомнения только подтвердились.
И Кирилл вздохнул. Я внимательно посмотрела на него: еще на улице он показался мне то ли уставшим, то ли обеспокоенным, а теперь эти сомнения только подтвердились.
– Да знаю я… – отозвался он и снова замолчал, но потом заговорил, будто размышляя вслух. – Я очень дорожу дружбой с Женей, но и вы мне тоже не безразличны. Поэтому я не могу спокойно смотреть на то, как с вами несправедливо поступают, держа в неведении…
– Да знаю я… – отозвался он и снова замолчал, но потом заговорил, будто размышляя вслух. – Я очень дорожу дружбой с Женей, но и вы мне тоже не безразличны. Поэтому я не могу спокойно смотреть на то, как с вами несправедливо поступают, держа в неведении…