– Ты можешь делать мне, что захочешь. Единственная причина, по которой я могу поднять на тебя руку, это Артём. Вспоминать об этом ты теперь будешь каждый раз, когда захочешь посмотреть на себя в зеркало. И только попробуй довести его ещё раз до приступа… Я вернусь, но с разговором посерьёзнее. Если не боишься меня, то задумайся хотя бы о том, какой станет твоя жизнь без помощи Артёма.

Тата выбежала из комнаты, держа руку на лбу. Ей навстречу попалась мама.

– Тата?.. Тата, дочка! – Светлана стала прикладывать ладони к лицу дочери. – Ты здесь! Я не верю! Но… что здесь происходит? И что у тебя со лбом?

– Привет, мама, – Тата обняла её и на пару секунд материнские объятия поглотили её, окутав защитой и безопасностью. – Я приехала, как только получила твоё письмо. Мне нужно видеть Артёма.

– Я знала, что ты приедешь, – прошептала Светлана ей в ухо, а потом сняла голову Таты с плеча и внимательно посмотрела в её лицо. – Как же я рада тебя видеть! Но что с твоим лбом? Лиза?..

Тате показалось, что мама поняла всё и без её объяснений. Несмотря на это Тата прекрасно знала, что Светлана всё равно хотела поговорить с дочерью, которую так давно не видела. Да и Тата безумно по ней соскучилась. Но этот разговор ей было необходимо отложить.

– Пустяки! – Тата взяла Светлану за обе руки. – Мама, я съезжу к Артёму, а потом приеду сюда к тебе и мы поговорим. Скажешь мне адрес больницы?

– Конечно скажу, дочка. Но сперва тебе нужно поесть и… обработать твой лоб.

– Наверное… может быть, – Тата, почувствовав лёгкое головокружение, взялась за голову. – Я не ела ничего со вчерашнего утра и дорогой не сомкнула глаз. Если я на глазах у Артёма упаду в обморок, ему я этим лучше не сделаю.

– Тата… – ахнула Светлана и повела её на кухню.

– Мам, с Артёмом точно всё в порядке? – спросила Тата, усаживаясь за стол.

– В порядке, в порядке… не переживай, – проговорила Светлана, гремя посудой. – Увидишься с ним чуть позже. Ничего страшного от этого не случится. Тебе сил нужно набраться.

Через минуту перед Татой стояла тарелка гречневой каши с мясом. Она взяла ложку и, отправив еду в рот, ощутила, как оживились её рецепторы от соприкосновения с пищей. По её телу даже побежали мурашки.

Пока Тата ела мама, чем-то намазала её лоб.

Когда тарелка перед ней была пуста, Тата почувствовала, что была в предобморочном состоянии. Даже слова мамы воспринимались её наполовину.

В конце концов, Светлана отвела дочь в гостиную и уложила на диван. Последняя мысль Таты, перед тем как провалиться в сон, была о том, что этот диван был ей знаком.