– Хорошо, – доктор внимательно вгляделся в её лицо, – но я вас попрошу, после посещения зайдите ко мне в семьдесят первый кабинет. Я осмотрю ваш лоб.

Первые две секунду Тата лихорадочно соображала, о чём он говорил.

– А… хорошо я подойду. Спасибо вам большое.

По дороге в палату Тата спросила врача:

– Доктор, а как Артём сейчас?

– Он у нас последние деньки. Завтра или послезавтра выпишем. Но это может с ним повториться. Ему нужно учиться противостоять стрессовым ситуациям.

– Я постараюсь убедить его в этом.

Когда врач открыл перед Татой дверь палаты, она увидела Артёма в полусидящей позе на кровати. Он читал книгу.

– Тата… – книжка вывалилась из его рук и упала на пол. – Глазам своим не верю…

Он резко вскочил с кровати и подбежал к ней.

Чувствуя на себе его удушливые объятия, Тата услышала от врача.

– Тихо, тихо… Если будете так вскакивать, вам придётся задержаться у нас дольше.

Тата не могла пошевелиться. Он как будто не обнял её, а поймал, и его задача заключалась в том, чтобы её у него никто не отобрал.

– Артём Александрович, я всё понимаю, но вам нужно лежать, – сказал врач голосом строже. – В вашем состоянии так подпрыгивать нельзя. Вернитесь в кровать.

– Доктор, извините. Я просто не ожидал, – произнёс Артём, рассыпая пряди её кудрявых волос. – О таких радостях нужно предупреждать заранее. Куколка, что с твоим лбом?..

Тата отмахнулась, а потом взяла его за руку и повела к кровати.

Артём сел на белую простыню, а она пододвинула стул и села напротив него.

– Ну ладно. Оставлю вас, – сказал доктор. – Татьяна, не забудьте, я вас жду у себя.

– Хорошо.

Тата мельком оглядела палату и заметила в ней ещё двух мужчин: седовласого старичка и рыжего подростка.