– Очень счастлива.

– Хорошо, – хрипло сказал он.

А потом обнял меня за талию и прижал к себе так, что я могла слышать, как быстро бьется его сердце. Он прислонился своим лбом к моему, обволакивая своим теплом и знакомым, головокружительным запахом сандалового дерева и денежных купюр.

– Не боишься, что я вернулась только потому, что забеременела?

– Какая разница почему. Главное, что ты здесь, со мной.

– Звучит как не очень здравое мышление.

Он слегка улыбнулся.

– О, ты даже не представляешь насколько.

Я поднялась на цыпочки и поцеловала его. Тепло разлилось в моей груди и выплеснулось в кровь. Он придержал мое лицо и ответил на поцелуй. Медленно и мягко, но так глубоко, что я почувствовала его сердцем.

Я выдохнула ему в губы:

– Скажи еще раз, что любишь меня.

– Я люблю тебя, malyshka.

– Я тоже тебя люблю, знаешь?

Он замер, а потом издал глубокий грудной рык. Он поднял меня так, чтобы наши глаза были на одном уровне, легонько поцеловал меня в губы, а потом хриплым и почти извиняющимся тоном сказал:

– Я теперь никогда тебя не отпущу.

Я не знала, как это все так вышло. Или какими будут следующие несколько лет, да что там, дней. Или с какими проблемами мы столкнемся. Я была уверена только в одном. Идя по улице с пакетом хлеба и горой витаминов, я держала под руку одного из самых аморальных мужчин этого города…

И знала, что люблю его.