Священник толкал и тащил тяжелую колыбель — безопасная площадка была в тридцати ярдах от дома. Бельевые веревки специально натянули там, где белье могло бы продуваться всеми ветрами сразу — на возвышении. К тому времени, когда отец Джон втащил тяжелую колыбель на площадку, он был уже совершенно вымотан. Он несколько раз судорожно втянул воздух ртом и тут только заметил, что Марта остановилась на полпути и медленно осела на землю.

Священник кинулся к ней.

— Миссис Хокер, вы в порядке? — с тревогой спросил он, видя, как она судорожно схватилась за живот.

— Мне… мне кажется… ребенок… началось!

— Что?! Но вам же еще несколько недель до срока?

— Три… недели… — простонала Марта.

Отец Джон понимал, что дитя может родиться в любую минуту.

— Господь милосердный! — прошептал он. — Вы можете встать?

Он пытался поднять Марту, но сил ему на это не хватало.

Джек и Том притащили из конюшни попоны и яростно сбивали пламя, подбирающееся к дому. Элиас отправился посмотреть, что можно сделать для лошадей Уильяма, коров и кур, которые размещались в амбаре и загоне примерно в пятидесяти ярдах от дома. Лошади нервничали, ржали, били копытами в загородку, мотали головами, но особой опасности для них не было. С курами и цыплятами дело обстояло хуже. Сухие кусты вокруг птичника загорелись, когда на них попали искры и головешки, и теперь пожар грозил уничтожить птицу. Пока Том и Джек боролись с пламенем, Элиас открыл ворота, и перепуганные куры кинулись на свободу. Если динго не переловят их за ночь, они вернутся в свой курятник, когда опасность отступит…

Густой дым превратил день в пасмурный вечер, в воздухе парили миниатюрные фонарики — искры и угольки. Джек боялся, что все усилия Уильяма пойдут прахом, если вспыхнет раскаленная крыша. Ему даже не пришлось предупреждать об этом брата — первой начала тлеть крыша амбара.

Они ничего не могли с этим поделать — единственная лестница была слишком коротка, чтобы добраться до крыши дома. Подходящая лестница, которую и использовали при строительстве, сейчас была слишком далеко — в Бангари.

Элиас занялся лошадьми: взнуздал и отвел их на безопасное расстояние, где и привязал. Уильям и Дон торопливо выкатывали двуколку из амбара. Запрягать в нее лошадь времени не было — амбар уже занимался пламенем. Дон успел вытащить седла и упряжь — как раз перед тем, как огонь охватил стойло.

Уильям был потрясен, видя, как горит его амбар, но у него хватило самообладания выгнать корову и отвести ее подальше от огня. Прискакали четверо соседей с окрестных ферм. Они привезли лопаты и одеяла — и Уильям был рад им, как никогда. Люди начали торопливо забрасывать огонь землей — это была общая беда, ведь по сухой траве огонь мог быстро перекинуться и на соседние фермы.