– Да чтоб я ещё раз у тебя хоть что-то спросил, флорист хренов! – прошипел Люк, когда широкая спина Фабриса скрылась за углом. – Меня собственный папаша столько не поучает. Лучше б я загуглил, чесслово. Полчаса ворону под хвост.

Бормоча под нос ругательства, парень развернулся и скрылся из виду, а у Жени вновь пронеслось в голове: «Фабрис ведёт себя странно».

Она достала телефон и дополнила и без того разросшуюся графу, отведённую мсье де Гизу.

«А что если поделиться подозрениями с Эдуаром? Да, он настроен скептично. Но я могу показать ему фотографии и свои заметки! Да, так и сделаю. Может, у меня и есть фобия, может, я и правда не вполне адекватна, но ведь я не отрицаю этого и готова обратиться к специалисту. Однако я не сумасшедшая в полном смысле этого слова. Я не такая. Не такая, как Бертин».

Куда приводят глупости

Куда приводят глупости

Часы показали шесть вечера. Конец рабочего дня, дальше откладывать разговор с Эдуаром причин не было. Собравшись с духом, Женя подошла к кабинету владельца отеля и прислушалась. Он определённо был внутри, с кем-то спорил. Слов было не разобрать, но резкий тон знакомого голоса она бы не спутала ни с кем другим. Дождавшись, когда наступит тишина, Женя негромко постучалась и приоткрыла дверь.

– Мсье Роше?

Он стоял лицом к окну, опираясь одной рукой на подоконник, и прижимал к уху телефон.

– Я сказал «Нет!», – фраза прозвучала, как щелчок хлыста. – Что тут непонятного?

Женя вздрогнула, не сразу сообразив, что он обращается не к ней.

«Чёрт, ещё не договорил».

Очевидно, что мсье Роше был занят, но закрывать теперь дверь и ждать снаружи было глупо. Пауза затягивалась. И она нерешительно позвала его: