– А помнишь, как кто-то шумел в твоей комнате, когда ты принимала ванну? Не забыла это указать?
«Написала, ага».
«Написала, ага».
– Как Люк ночью кости выкапывал на кладбище добавила? Ты его ещё за зомби приняла.
«Точно!»
«Точно!»
Женя стала набирать текст, но слова давались всё медленнее и медленнее, а потом пальцы и вовсе застыли над клавиатурой.
«Люк хоть и странный парень, но он, пожалуй, единственный, кто меня не в чём ни разу не упрекнул. Даже сегодня, когда я звонила на ресепшн, ни единого вопроса про пожар не задал, в отличие от той же Аннет. Лишь спросил про здоровье и всё. Нет, про него писать не буду», – Женя стёрла из файла эпизод с кладбищем. – «Разве что про мышей можно указать. Он ведь их и вправду унёс. Зато подтвердит, что трупики грызунов действительно были, и это не моя больная выдумка».
«Люк хоть и странный парень, но он, пожалуй, единственный, кто меня не в чём ни разу не упрекнул. Даже сегодня, когда я звонила на ресепшн, ни единого вопроса про пожар не задал, в отличие от той же Аннет. Лишь спросил про здоровье и всё. Нет, про него писать не буду»,
«Разве что про мышей можно указать. Он ведь их и вправду унёс. Зато подтвердит, что трупики грызунов действительно были, и это не моя больная выдумка».
– И ещё напиши, как Элен тебя в подвале заперла! – прилетело очередное сообщение от Макса. – Пусть и не мистика, но вдруг этой овце где-то аукнется!
– А вот это с удовольствием! – хмыкнула Женя вслух и с удвоенным рвением застучала по клавишам.
Телефон снова издал трель, принимая входящее сообщение.
«Да пишу я про Элен, пишу!»
«Да пишу я про Элен, пишу!»
Но на экране светилось неожиданное:
– Ты деньги-то получила?
Она тут же набрала номер Макса.
– Так это ты? Ты перевёл деньги?!
– Значит, всё дошло. Отлично!