Светлый фон
Били, да. От души. Сначала тот, что ближе ко мне сделал попытку налететь. Я увернулся. Это было предсказуемо. В ответ впечатал ему в рожу кулах. Что-то хрустнуло. Предположительно нос. Так как тот отшатнулся. Хлынула кровь.

— Сука, мочи падлу!

— Сука, мочи падлу!

Второй, третий. Отбивался. Если бы не занятия борьбой, даже и не знаю, смог бы дать отпор? Уже, вероятней всего, валялся бы с проломленной черепушкой. Пока же, первые пару «раундов» держался сам и надавал хороших люлей придуркам.

Второй, третий. Отбивался. Если бы не занятия борьбой, даже и не знаю, смог бы дать отпор? Уже, вероятней всего, валялся бы с проломленной черепушкой. Пока же, первые пару «раундов» держался сам и надавал хороших люлей придуркам.

Силы сместились, когда по ногам прилетел удар битой. Упал. Как не раздробили коленные чашечки — фантастика. А то мало того, что рука была бы в гипсе, еще и на обе ноги сделали бы калекой. Могу только предположить, что пацаны в этом деле сраные дилетанты. Наверное, только благодаря этому и остался жив. Отморозки попросту не знали, куда ударить всего раз, чтобы моментально скопытился.

Силы сместились, когда по ногам прилетел удар битой. Упал. Как не раздробили коленные чашечки — фантастика. А то мало того, что рука была бы в гипсе, еще и на обе ноги сделали бы калекой. Могу только предположить, что пацаны в этом деле сраные дилетанты. Наверное, только благодаря этому и остался жив. Отморозки попросту не знали, куда ударить всего раз, чтобы моментально скопытился.

Лежачего бить проще всего. Когда на тебя наваливается пятеро — шансов подняться в этой куче уже нет. Били. Прикрывал голову как мог. Не помню сколько это продолжалось. Потихоньку начал отъезжать от невыносимой боли. Забили бы до смерти, если бы один не рявкнул:

Лежачего бить проще всего. Когда на тебя наваливается пятеро — шансов подняться в этой куче уже нет. Били. Прикрывал голову как мог. Не помню сколько это продолжалось. Потихоньку начал отъезжать от невыносимой боли. Забили бы до смерти, если бы один не рявкнул:

— Эй, харэ, пацаны! Мокруху вешать на себя я не собираюсь.

— Эй, харэ, пацаны! Мокруху вешать на себя я не собираюсь.

— Сваливаем…

— Сваливаем…

— Тачку. Забираем тачку!

— Тачку. Забираем тачку!

Я еще пытался удержать сознание. Телефон потерял еще во время драки. Ключи от тачки забрали, прошмонав карманы. Собственно, как и сам мерс. Последнее, что помню, это визг шин и мысль: жал, ь с Юлькой так поздно встретились. Потом отключился…

Я еще пытался удержать сознание. Телефон потерял еще во время драки. Ключи от тачки забрали, прошмонав карманы. Собственно, как и сам мерс. Последнее, что помню, это визг шин и мысль: жал, ь с Юлькой так поздно встретились. Потом отключился…