Обед. Как бы ни повернулись дела, я успею пообедать.

Его улыбка не стала шире, но стала тверже, как карамель вокруг мороженого с пралине, которое я съела, пока он наблюдал за мной, потягивая второй бренди.

– Ноль баллов за креативность, один за энтузиазм.

– Что?

– Вы оцениваете нас, будет только справедливо оценивать вас в ответ.

Я покачала головой.

– Не волнуйся, твоя сверхъестественная внешность принесет тебе много баллов.

Я не понимала, краснеть мне или расстраиваться, поэтому сделала и то, и другое, что заставило Джареда усмехнуться. Он перестал загораживать проход и придержал дверь для меня.

Моим ногам потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя после этого необычного комплимента. Сверхъестественная. Это означало, что он считал меня красивой или наоборот? Что, если в его системе чем меньше баллов, тем лучше? Возможно, он хотел назвать меня милой? Щенки и дети милые. Вот какой Джаред видел меня? Ребенком? Но что еще более важно, почему меня волновало его мнение? Он был моим грешником, а не возлюбленным.

Вздохнув, я прошла мимо него в дом, где было так тихо, что я почувствовала необходимость прошептать:

– Я только возьму свою сумку…

– Как насчет еще одного бокала?

Я обернулась, когда Джаред закрыл за собой дверь, без телохранителя на хвосте.

– Мне лучше больше не пить.

Он обошел меня по кругу.

– С каких пор для нас лучше то, что мы хотим?

– Я и не хочу, Джаред.

Мой ответ испортил его хорошее расположение духа.

– Но я бы с удовольствием провела еще время в твоей компании.

Постепенно тьма на его лице рассеялась.