– Два… гребаных… дня, – выдавил Джаред, как будто прочитав мои мысли. – Ты была без сознания два гребаных дня. Я выломал дверь вашей гильдии, чтобы заставить одного из вас, черт возьми, сказать мне, было ли это нормально!

Воздух застрял в моем воспаленном горле. Было больно, но я подавила неглубокий вздох, прежде чем он смог подогреть беспокойство Джареда.

– Должно быть, они были удивлены, когда открыли дверь и увидели тебя.

– Можно и так сказать.

– Ты заглянул внутрь?

Он фыркнул.

– Они любят мрамор и фонтаны.

Я улыбнулась.

– Кварц. Добытый в Элизиуме.

Сказал ли он им, что может их видеть?

– Они вызвали Ашера. Он осмотрел твою шею и заявил, что с тобой все будет в порядке.

Я вздрогнула, просто представив, в каком ужасе был Ашер, когда увидел меня в постели Джареда – мне казалось, что именно здесь я лежала с момента покушения на мою жизнь. Как глупо, что мое местонахождение беспокоило меня куда больше, чем состояние. С другой стороны, я была бессмертна, так что мое состояние не было поводом для тревоги.

Вена на виске Джареда вздулась.

– Перышко, я почти потерял рассудок.

– Я же говорила тебе, – я провела пальцем по его губам в форме стрелы Купидона, – что не могу умереть.

Джаред хмыкнул, как будто не верил мне. Однако у него уже были все необходимые доказательства. Да, мое горло болело сильнее, чем крылья в ту ночь, когда я солгала две дюжины раз, но все же я выжила.

– Та женщина… они…

– Теперь в ее черепе есть огромная дыра. И ты будешь рада узнать – или, может быть, это только мне приятно, – но мне сообщили, что ее душа не была извлечена.

Я не удивилась, что она умерла как Тройка.

– Я рада только тому, что она больше не сможет ранить тебя и Мюриэль.