Я не думала, что Ашер может побледнеть еще сильнее, но его кожа стала алебастровой.

– Лей, пожалуйста, подумай над этим еще немного.

Я растянула крылья так, чтобы его огонь мог беспрепятственно добраться до каждого серебристого стержня.

– Сейчас же.

– Манеры неоперенной оставляют желать лучшего, – фыркнула Клэр. – Если бы мы так говорили с нашими предшественниками, они сожгли бы не только наши крылья.

Я прищурилась.

– Приношу извинения за то, что стала ужасным разочарованием для нашего вида, – я перестала обнимать себя руками. – Но зато, как только ваш коллега-архангел устранит мои крылья, вы избавитесь от меня и моих отвратительных манер.

Все черты лица Клэр напряглись.

– Если она не ценит свой дар, тогда во что бы то ни стало избавься от них, Сераф.

Рука Евы напряглась на моих плечах.

– Лей, пожалуйста, – хрипло пробормотал Ашер. – Это разобьет сердца твоих родителей.

– Моих родителей? Вы имеете в виду тех ангелов, которые родили меня, но никогда не навещали, потому что слишком беспокоились, что я потерплю неудачу? Извините, если это прозвучит неблагодарно, но я лучше позабочусь о своем сердце, а не о их.

– Лей, – глухо сорвалось с его губ мое имя.

Широко раскрытые глаза Евы заблестели.

– Дай себе несколько дней, чтобы взвесить все за и против. Пожалуйста, – добавила она дрожащим шепотом.

– Возможно, сейчас твое сердце разбито, – сказал Ашер, – но оно заживет. И однажды ты поблагодаришь Джареда за подарок, который он тебе сделал.

– Я осознаю последствия своего выбора. И знаю, что боль лишит меня бессмертия и оставит шрамы на моем разуме. Однако мое желание остается неизменным. Я хочу вернуться на Землю и быть с мужчиной, которого люблю. Итак, вы сделаете это здесь или в Шевайе?

– Ты хотя бы использовала свои крылья? – спросил Ашер.

Я сжала зубы.