Он пытался не кончить. И терпел неудачу.

– Ты близко? – прерывисто прошипел Чейз. Комнату заполнили звуки соприкасающихся тел и хлюпанье моей влаги. Я задумалась, не служит ли наша непривычная поза дополнительным возбуждением для него. То, какой маленькой и невысокой казалась я под ним, таким крупным и мускулистым.

– Близко, – простонала я в ответ.

Он стал массировать мой клитор, продолжая толчки. Все мое тело охватила дрожь.

– Кончаю.

– Слава богу. Позволь увидеть. – Он схватил меня за короткие волосы, оттягивая шею, и заглянул прямо в глаза. Такой причудливый, интимный момент. И все же я встретила его взгляд, слегка прикрыв веки, когда оргазм пронесся через меня, подобно току. Мои губы сложились буквой «О», и Чейз отпустил мои локоны, толкнулся еще несколько раз и рухнул на меня сверху.

Сквозь презерватив я почувствовала внутри его теплое густое семя. Потной грудью он прижался к моей спине. А я затылком уткнулась ему в подбородок. Чейз издал еще несколько стонов, лениво толкаясь в меня. Я тихонько захныкала. В нем двести фунтов мускулов и эго размером со Статен-Айленд. Тот еще вес.

– Кажется, я сделал из тебя питу[26] с начинкой? – сонно спросил он.

– Никогда не могла устоять перед углеводами.

Чейз залился смехом.

– Почему, – прошептал он мне в затылок, обдувая теплым дыханием мои тонкие, словно детские, волосы, – ты заставляешь меня чувствовать себя шестнадцатилетним мальчишкой, который только что узнал о существовании вагины? Что в тебе такого, Мэдисон Голдблум, что чертовски сводит меня с ума?

– Должно быть, всему виной платья с узорами, – ответила я, уткнувшись в его подушку.

Посмеиваясь, Чейз поцеловал меня в шею.

– Я о том, что ты упомянула своего отца, когда я ласкал тебя языком. Мой член должен был уже сбежать с диким криком. Чем ты отличаешься от всех остальных?

Тот факт, что он задал этот вопрос вслух, был наполовину оскорбительным, наполовину лестным.

– Просто я – это я, – пожав плечами, я закрыла глаза. – Остаюсь собой, пока все остальные пытаются стать кем-то другим подле тебя. Чтобы вписаться в твою изящную и полностью черную вселенную. Я же живу в цвете. Думаю, для тебя это своего рода вызов.

Внезапно моим единственным желанием стал сон.

И я заснула.

Падший ангел, погруженный во тьму дьявола и обвитый его сильными смертоносными руками.