Аврора гладила его по лицу и мысленно клялась себе, что это не слабость и уж точно не чувства. Она просто проверяла, насколько сильным был жар. Ничего более.

– Выздоравливай, южный принц… Твоя любимая будет страдать, если с тобой что-то случится из-за гневных проклятий одной глупой северянки.

Одна непокорная слезинка упала прямо на окровавленный бинт, когда она потянулась к Рэндаллу, чтобы коснуться губами его рта. В последний раз. О причине этого поступка Аврора даже не пыталась задумываться, не пыталась объяснять его. Она просто покинула комнаты, пока остатки самообладания и гордости не покинули ее окончательно.

* * *

Два дня Рэндалл пролежал в постели. Нора заходила к нему, помогала купаться и переодеваться, приносила еду. Томас отчитывался обо всех дворцовых делах, а лорд Грей держал его в курсе всего, что происходит на заседаниях Совета. Пару раз его навещал Алистер с семьей. Накануне вечером в Вайтхолл прибыл гонец с письмом от Джоанны, и Рэндалл готов был приложить Уилла по голове за то, что тот проболтался жене о его ранении.

И только один человек не навестил его и не справился о самочувствии.

Но, видно, ее нежелание видеть его было поистине велико.

Рэндалл старался не думать о ней. Так сильно старался, что по ночам ему постоянно снился заснеженный лес, пропитанный ароматами хвои и мяты. И мерещились прикосновения холодных пальцев, которые чудесным образом забирали боль.

В комнату вошла Нора, держа поднос, на котором дымилась кружка с горячим отваром.

– Ваше Высочество, пора выпить лекарство.

Эта рыжая бестия по-прежнему обижалась на него и вела себя так подчеркнуто вежливо и холодно, будто они не были друзьями и любовниками на протяжении многих лет.

Она дождалась, пока Рэндалл выпьет лекарство, и забрала кружку из его рук.

– Желаете что-нибудь еще, Ваше Высочество? – спросила она сухим тоном, уже собравшись уходить.

– Нора, – тихо произнес он, – пожалуйста, прости меня. В тот день я не должен был срываться на тебе.

Она тяжело вздохнула и, присев на край кровати, погладила его по волосам.

– И ты прости меня за то, что все эти дни вела себя как гордая гусыня. Я в самом деле переживала за тебя.

Рэндалл слабо улыбнулся и поцеловал ее руку.

– Как ты себя чувствуешь?

– Полегче. Маркусу удалось устранить воспаление.

Нора покачала головой: