У меня дел вагон и маленькая тележка, какой, к черту, сон? Уж не раньше, чем решу вопрос с безопасностью Василисы.

— Еще как льзя, шеф, потом реально лучше будет. Ты не парься, мы в доме останемся. Уже распределили, что вместо офиса будем у тебя пока вахту нести. Так что ты отдыхай, не дергайся.

— Дом наш — хреновое место с точки зрения обеспечения безопасности в случае чего. Особенно со стороны моря — весь как на ладони.

Всю дорогу я размышлял о том, куда же определить Василису. Самым простым было бы, конечно, отправить в Краснодар в центр к Марине и приставить свою охрану. Я заметил, что и собственная безопасность там неплохо поставлена, плюс еще наши люди, и можно по поводу наших женщин расслабиться. Но, если, вчера попрощавшись, сегодня Василиса вернется — это моментально вызовет беспокойство у Марины. У нее ведь инсульт, а не потеря памяти или слабоумие, и понять, что все плохо, ей труда не составит. Так что если мы и поедем в Краснодар, то, как и собирались, только через несколько дней. Так, что остается? В Москву к Кириллу? Она откажется, это к бабке не ходи, да и мне эта мысль как серпом по одному месту. Запереть с охраной в гостинице? Большинство отелей частные, и не все владельцы будут в восторге от таких постояльцев, когда поймут, что к чему. Да и к тому же эта фигня хорошо работает при условии анонимности, а об этом в нашем городе суперскоростных сплетен только мечтать. И, зная Васькин характер, могу точно сказать — она взбесится просто сидеть в четырех стенах, да еще под охраной. Наверняка тут же припомнит все старые обиды и ограничения, связанные со мной. Но что тогда? Нужно всего несколько дней, но проблема в том, что они могут стать крахом всему, чего добился, если Люсина выходка и так им еще не стала. Жизнь, вот ты все-таки редкая су… стервозная особа, короче.

Сейчас бы мне и на шаг от Васьки не отходить, убеждая всеми доступными способами, что я ей просто необходим, приучая к себе, окружая и пропитывая собой. Так, чтобы глаза открывала по утрам и сама не понимала, как же могла без меня. Я знаю, что хочу до фига и сразу, но с тем, что ничего похожего на обычную умеренность меня с ней не устроит, уже смирился. К тому же и безумно ревнивую скотину, которой повсюду мерещились враги и захватчики в любом, у кого есть яйца, никто пока во мне не дезактивировал. И при этом мне как никогда нужно развязать руки и держаться на расстоянии ради того, чтобы сберечь ее. Как ни боролся с собой, но смачно зевнул, ощущая, как в голове все ускоряется приятное навязчивое кружение, будто я каким-то макаром попал на карусель, причем без возможности слезть с нее по собственному желанию.