Поворачивается ко мне, и я даже не сомневаюсь в его состоянии – глаза красные, хотя сам выглядит с виду нормально. Встречаемся с Мишей взглядами. Меня успокаивает то, что с ней всё хорошо, и чуть отпускает, хотя грудь разрывает от боли, будто в меня уже выстрелили.
─ Поговорим? Ну да…. Поговорим, ─ лыбится, дирижируя пистолетом, пока Лика рыдает, сидя на полу.
Придётся тянуть время до приезда ментов, но что они сделают? Я уже догадываюсь, что его папаша либо дождётся, пока сынка не грохнут спецназовцы, потом обвинив кого-нибудь из учеников, а может даже меня. Либо просто всё замнут, а Абрамов всё равно останется невиновным – его участие, возможно, скроют. Значит, сперва надо забрать оружие.
─ Я рассказал твоей подружке про игру, ─ вдруг говорит он, и я не знаю, как справиться с собой, но всё же справляюсь, усмиряя ненависть. ─ А то слишком уже она затянулась, тебе не кажется?
─ Хорошо, ─ делаю вид, что мне всё равно.
Если я сейчас хоть на минуту покажу, что Миша мне дорога, он этим тут же воспользуется.
─ Смотри, Миш, ему реально похер на тебя! ─ хохочет паскуда, радуясь, как ребёнок – у него даже слёзы выступают на глазах. ─ А ты его так любишь. Любишь ведь? Признавайся.
Не даю ей ничего сказать, хотя она явно собирается. И я не знаю, чего боюсь больше – услышать, что любит или всё-таки нет.
─ А почему мне должно быть не похер? Ты раскрыл все карты, какой смысл теперь притворяться?
Смотрит на меня, склонив голову, и хер знает, что там у него в мозгах в очередной раз переклинивает.
─ Тогда тебе должно быть плевать на них обеих? ─ делает вид, что задумывается о чём-то, и мне это уже не нравится.
─ Да. Пусть свалят – ты же со мной хотел поговорить? Так вот он я, ─ демонстрирую свои руки.
Выдавливает ещё одну мерзотную ухмылку, и я не жду ничего хорошего.
─ Не так быстро, Янчик. Мы с тобой сыграем в другую игру, раз та сорвалась, ─ направляет пистолет сначала на меня, а потом на девчонок. ─ Ты сам выберешь, кого отпустить, а кто останется. Согласись, это будет даже круче!
Блять, выбор с подвохом. Скажу, чтоб Миша уходила – он сразу всё поймёт. Выберу Лику, Мишаня может пострадать сильнее. Какого хрена всё это происходит, а?
─ Зачем? ─ стараюсь дышать ровно, и тогда Илья срывается.
─ Выбирай! Выбирай, мать твою или я пристрелю их обоих! ─ что тут же подтверждает, выпуская очередную пулю в потолок.