Мыслей вообще до обидного мало. Я думаю только о том, что если для меня сегодня всё закончится, я даже с мамой поговорить не успею, а на последнее сообщения Яна я даже ничего не ответила, но Илья понимает мою отрешённость по-своему.

─ Думаешь, он придёт? Я их всех запер, так что не надейтесь… но знаете, мне даже интересно посмотреть, кто из вас ему дороже.

─ Илья, пожалуйста, хватит.

С людьми, чей разум одурманен, вообще почти нет смысла разговаривать, но главное их не злить, поэтому я пытаюсь отыскать в себе спокойствие, которое трещит по швам.

─ Хватит? Но мы только начали, Миша, ─ подходит и ведёт пистолетом вниз от моей шеи к груди, заставляя тяжело сглатывать. ─ Я же должен столько тебе рассказать о Царёве. И ты выслушаешь. Выслушаешь меня. Поняла? ─ вдруг кричит.

─ Хорошо, ─ киваю. ─ Я всё выслушаю.

Смотрит, и внутри всё сжимается от ужаса. Он может нажать на курок в любой момент, просто потому что ему вдруг покажется покажется, что на него не так глянули или ещё что-то в голову взбредёт. Почему я правда не прогуляла?

─ Вот скажи, чем я хуже, а? Он просто сын такого же ничтожества, как он сам – ни породы, ни хрена… Что вы все в нём находите? Почему не я?

─ Я не могу заставить себя любить кого-то, ─ говорю спокойно, а сердце больно колотится – ему не нравится близость Абрамова, застывшего после моих слов, как статуя.

А потом его пробивает на смех.

─ Любить, блять, ─ хохочет аж до слёз, вытирая уголки глаз. ─ А ты вообще знаешь, кого любишь-то, дура? Спроси у нашей малышки Лики.

На ту вообще смотреть страшно. Потолок и то не такой белый, как её лицо, но я наверняка не лучше.

─ О чём спросить?

─ Об игре, которую мы с Янчиком устраиваем каждый год. Покажи ей, Лика. Покажи, твою мать!

По какой-то причине его слова доходят сразу. Наверное, адреналин заставляет мозг работать на полную, но верить ничему не хочу – это ведь просто слова, так? Что могут значить слова обкуренного психа?

Но вот Лика подходит ко мне с телефоном и трясущимися руками демонстрирует приложение с желающими делать ставки. Ключевая тема, где больше всего людей, называется «завалит ли Царёв новенькую?» Есть ещё темы, но они меня совсем не интересуют.

Голова кружится от резкой нехватки кислорода, ведь я даже не дышу какое-то время, глядя на экран.

─ Все знали?

─ Ты и твои подружки – нет, ─ качает головой, снова подойдя близко. ─ Я бы, по крайне мере, обошёлся с тобой лучше, чем Царёв. Я бы не выкинул тебя, когда объявил бы о победе… Вы уже переспали?

Спотыкаюсь о его бешеный взгляд и ничего не могу ответить. Идиотизм, ведь в подобной ситуации не должна быть важной такая глупость… Подумаешь, поспорили на тебя. Какая ерунда в сравнении с твоей жизнью, висящей на волоске. Но в груди так больно, что эта боль вытесняет всё, разрастаясь и превращаясь в огромный ком.