Кровь. Это важно. Они должны знать. Билось в мозгу, но язык не хочет слушаться. Нужно ответить! Аккуратно придерживая за талию, меня вывели на улицу, посадили в карету скорой. Тут же рядом погрузили мужа — во рту консоль с искусственной вентиляцией, дренажная трубка сбоку, паутина катетеров пленит тело.

— Гера, — автоматически потянулась к нему, но мне не позволили.

— Мих, девушка не в себе. Да, пытаюсь! Возможно. Хрен знает. Нет, печень не задета… и не брюшная аорта. Возможно, полая вена.

— Вторая, — смогла наконец проронить я.

— Погоди. Что? Вторая?! — кричит мне в самое ухо.

— Да. Вторая положительная.

— Вторая положительная. Мих, закажи в лаборатории. Да. Мы уже почти тут.

Реанимобиль въехал на территорию больницы Ослепляющий свет мигалок. Меня ведут следом за набирающей скорость каталкой с раненным.

— Гера… — ноги, заплетаясь, сами шли за супругом.

— Стоять, — все тот же голос. Мужа стремительно увозили от меня, а я тщетно пыталась его догнать.

— Вика?! Господи, — знакомый голос сбоку. В размытой картине увидела лицо Миши. Подхватил. Поцелуи на висках и щеках. — Цела… Уведи её в приёмный.

— Гера?! — начала снова рыдать, понимая, что не получаю ответов на вопросы, которые не могу сформулировать. — Гера…

— Вика. Это я, Миша. Я всё сделаю. Он будет жить. Все обойдётся. Обещаю. Он не умрёт. Сань, дай ей успокоительного. Она беременна, второй месяц. Усыпи. Ей нельзя нервничать.

— Нет, — тут же воспротивилась. Нельзя спать. Если муж умрёт, а меня не будет рядом? Нет!

— Понял, — крепкие руки насильно повели куда-то. Усадили.

— Гера… Миша? — в глазах не могу остановить танец картин. В висках стучит, а дыхание перекрывает.

— У неё давление шкалит, — все тот же чужой голос. — Магнезию давай! Ещё выкинет нам… Вика, успокойтесь. Ваш муж в надёжных руках. Слышите?! А вот о ребёнке стоит подумать. Ложитесь! — телу придали горизонтальное положение.

Ребёнок…

В ягодицу, что-то вонзили и жар потёк по мышцам и сосудам. Следом укол на сгибе локтя.

— Всё. Тшш. Отдыхайте.