– Я их знаю. Они были друзьями моих приёмных родителей. Их зовут Брюс и Барбара, – сказала Амелия.

– Да ты что?! – невестка явно была удивлена таким сплетением судьбы этих людей. Это придавало истории еще больше драмы.

– Расскажи мне, что было дальше?

– Они поселились на окраине Стамбула и прожили счастливые два года вместе, пока не случился тот несчастный случай. Карим и Икрима вместе выходили из мечети. Тогда один мужчина с ножом напал на твоего брата, перепутав его с другим человеком. Твой папа, увидев направленный на Икриму нож, толкнул его в сторону и попытался отобрать оружие. Нападатель успел одним движением пырнуть ножом и удар пришёлся ему прямо в область груди. Он умер ещё до приезда скорой. Твоя мама, чтобы спасти своего ребёнка внутри уехала в Париж к своим родителям, чтобы родить там. Она сделала это для тебя. Но её родители хотели выдать её замуж за одного француза, сына друга твоего дедушки, который с детства любил твою маму. Аурелия поссорилась с родителями и сбежала от них. Она поехала в Америку и умерла там в аварии. А её ребёнка удочерила одна богатая американка.

– От куда ты знаешь, что было дальше?

– Мне рассказал Икрима.

– А- да, конечно, – какая же всё таки эта впечатлительная история. Прям как в книгах!

– А эта его первая жена? – Амелия наконец смогла оторвать глаз от своего папы и взглянула на женщину рядом с ним, которая держала на руках ребёнка. Она была обычной женщиной и, честно говоря, бледнела на фоне своего хорошослаженного мужа.

– Да. Её зовут Элиф.

– А где она сейчас?

– Она сейчас живёт со вторым мужем в Бодруме.

– У неё всё хорошо? – Амелия спросила это по привычке готовая материально помочь в любой момент, забыв, что сейчас сама жила на последние деньги.

– Да. У неё всё хорошо. Она родила ещё двоих детей.

Амелия мысленно пришла к выводу, что она к ним не поедет. Это будет не самой лучшей идеей.

Пятидесятая глава

Вся осень прошла для Амелии одним сценарием на каждый день. Она ходила на кладбище к своим родителям и проводила там пол дня. Поливала цветы, ухаживала за ними, срывала сорняки, убирала грязные листья. И подолгу сидела там, просто, смотря на надгробные плиты. Со стороны складывалось впечатление, что эта девушка недавно потеряла своих родителей, потому что след горя на её лице был слишком свежим. Кажется, ничего в мире не интересовало её больше. Как будто она потеряла смысл во всём и вся её жизнь крутилась вокруг этих двух могил.

Вечером же Амелия всегда долго гуляла одна по побережью Босфора до поздней ночи, вливая ему душу. Ей казалось, что море её понимает. Оно слушало её и глубоко хранило её секреты. Иногда Амелия ходила в гости к своей невестке и племяннице. Хоть София и не говорила на английском и это несколько усложняло их взаимосвязь, но только смотря как надувает губки, корчит рожицу и запускает треугольник под носом эта маленькая девочка у Амелии уголки губ расходились в лёгкой улыбке. Она искренне полюбила свою племянницу, но её любовь к ней зародился глубоко в недрах сердца и мало проявлялось внешне. Так как у Амелии теперь был один недуг – аликситимия.