Их встретили Дженнифер, отец, Эндрю, Сюзанна, Мэгги – все выражали свою радость. На Розамунду обрушилось столько счастья сразу, что она расплакалась. Все виновато стихли. Однако за чаем Мэгги удалось рассмешить их своими прибаутками.

Розамунда была безмерно благодарна ей – не только за это. Если бы не Мэгги и нечто, находящееся за пределами человеческого понимания, они бы не сидели теперь дружной компанией.

И еще огромное спасибо Дженнифер! Она то и дело обращалась к Майклу, и он отвечал ей с таким же дружелюбием. Сегодня в нем не было ничего от болотного тигра, он вел себя, как настоящий джентльмен.

И еще один повод для радости: Майкл подружился с Эндрю.

После чая Розамунду усадили в кресло-качалку напротив открытой двери, и она долго смотрела вслед удаляющимся фигуркам Дженнифер и Эндрю – они шли через поля к Ивовой Пустоши.

А отец взял за ручку Сюзи и повел на мельницу. Кажется, он стал для нее чем-то вроде О'Мура.

Розамунда перевела взгляд на сидевшего рядом Майкла. Ее ладошки утонули в его лапищах.

– Привет, Рози.

– Привет, Майкл.

До сих пор они еще ни разу не оставались одни – только в автомобиле.

– Рада, что вернулась домой?

– Да, Майкл, просто счастлива!

– Больше тебе не страшно?

– Ни капельки.

Он виновато отвел глаза в сторону и понизил голос.

– Прежде чем навсегда закрыть эту тему, Рози, я хочу, чтобы ты верила: я действительно считал ее умершей.

– Я знаю.

Он освободил ее руки и, наклонившись вперед, уперся локтями в колени.

– Не могу взять в толк – как это я дал маху? Тело, которое тогда прибило к берегу, было точь-в-точь как у нее. По лицу же ничего нельзя было определить: оно… А, какой смысл теперь вспоминать? Я ошибся – может быть, потому, что хотел ошибиться. Но кто была та утопленница? Вот вопрос, который будет преследовать меня до конца моих дней.

Розамунда положила ему руку на плечо. Он тотчас накрыл ее своей.