Тихо притормозил возле одноэтажного домика со свежевыкрашенным забором. Попросил Николая взять на себя бабку, а сам, приголубив щенка, отправился на разведку.

Старуха едва не перебудила всю округу. Как не проснулась Кира, остаётся только догадываться.

Я опустился на табурет в тёмном углу комнаты и наблюдал за её беспокойным сном. Возможно, ей снился я. Почему-то я в этом был уверен. Вслушивался в её тихое посапывание. Лепет, словно у ребёнка. Возня под одеялом, будто она хотела выбраться из-под него...

Ей снился кошмар.

Я бы мог её разбудить, но скорее всего, только ещё больше напугал бы. Поэтому я просто ждал.

...

— Тётя Нюра будет против того, чтобы ты... меня забирал.

— А ты?

Она несколько секунд молчала. Смотрела на забор, покрашенный светло-зелёной краской, и кусала губу.

— Я не могу ничего обещать тебе, Клим, — уверенно произнесла, продолжая смотреть в одну точку, — твоя жизнь... она не всем подходит. Я боюсь, что она меня доломает.

— Я не позволю этому случиться, Кира.

Не стану лукавить: было больно. Словно пощёчина, влепленная на замёрзшую кожу.

— Это ведь не зависит от тебя. Я не маленькая, не такая уж глупая. Думаешь, я не знаю, как заканчивают... ваши подружки?

— Ты не будешь моей подружкой, Кира.

Заканчивают плохо все без исключения. Но я сберегу её. Я не позволю упасть с её головы ни одному волоску. Но есть ли смысл говорить об этом вслух?

— Кира, — склонился, целуя её в висок, — я прошу тебя дать мне шанс. Один. Последний. Право выбора за тобой.

— Шанс на что? — она не смотрела мне в глаза, и от этого становилось тошно.

— Быть тебе хорошим мужем...

Я действительно произнёс это?

Да. Я уже не единожды думал о том, что хочу эту маленькую и прекрасную женщину видеть в роли своей жены. Эгоистично? Возможно.