Сравнение с ленивцем, отличающимся почти нулевым ритмом жизни, как и упрёки в чрезмерном употреблении алкоголя , давило на совесть агента, но больше всего его раздражало беспамятство.
– Надеюсь, ты воспользовалась моей беспомощностью? А иначе что ты делаешь в этой комнате в таком виде?
– Не пошли! Обрадовался. – Скривила она губы. – Я не некрофилка и не занимаюсь сексом в комнате дочери. Ты так громко стонал, что разбудил весь дом.
– Мне снился кошмар. – Он провёл красноречивым взглядом по стройной фигуре любимой брюнетки. – А что нам мешает перейти в твою комнату?
– Так, небольшой пустяк! – Кэт стремительно подошла к постели и рванула одеяло на себя. – Не пытайся заговорить мне зубы. Что с плечом? Давно ты ранен и как долго собирался это скрывать?
Вуд дотронулся до бинтов. Он не хотел, чтобы Паркер вот так узнала о его ране.
– Ну, мы оба собирались сегодня сообщить друг другу о неприятных вещах. Ты мне – о Бейне, я тебе – о ранении.
– Не нужно сравнивать. Бейн жив, здоров и не является для тебя угрозой.
– Мне не боятся твоих к нему чувств? – Мэттью снова приподнял бровь. – Он в прошлом?
– Не уходи от ответов! – Брюнетка со злостью дунула вверх, желая убрать с глаз прядку волос. – Не стоит считать меня полной дурой!
– Я никогда тебя ею не считал. – Он усмехнулся, подумав, что было бы, узнай она, насколько коварно-изощрённой была в его сне всего несколько минут назад. – Финансист не может быть глупым!
– Я не говорила тебе о своей работе. – Встрепенулась Кэтлин
– Это не сложно узнать.
Она прищурилась, сверля Вуда взглядом.
– Я всякий раз забываю, с кем имею дело. Надеюсь, мой дом ещё не напичкан скрытыми камерами или жучками для прослушки?
– Ты хочешь казаться осведомлённой во всех областях? – искренне возмутился он. – Пересмотрела детективов на ночь?
О том, что Мэтт подумывал это сделать, знать ей было не обязательно.
– Ты всё-таки увёл разговор от изначальной темы. – Покачала Кэт головой. – Ну как тебе это каждый раз удаётся?
– Стараюсь! Так что конкретно ты хотела узнать? Что я видел во сне или почему стонал?
– О втором можешь не говорить, не хочу выслушивать эротические фантазии сексуального маньяка. – Она усмехнулась. – Не знала, что ты при этом рыдаешь.