Санта провожает затуманенным взглядом мужскую руку, которая тянется к тумбочке. Вид шуршащего квадратика пригоняет кровь к щекам… И не щекам тоже.

Данила надевает презерватив, Санта обвивает мужчину ногами.

Он приближает свое лицо к ее лицу, она подается навстречу, ловя губы, впуская язык…

Всё именно так, как одновременно боялась и хотела – в голове мелькает мысль: нужно только снова почувствовать, что он внутри, и можно сразу кончить. Но теперь такая неизбежность не пугает.

Первое движение Данилы – медленное. Он то ли пытается прочувствовать сам, то ли дает прочувствовать ей. Растягивает — её и удовольствие.

Санта снова выгибается, выдыхая хнык в сторону. Не потому, что плохо. Наоборот – слишком хорошо…

И хочется ещё…

Чувствовать давление носа на виске. Теплую влагу выдохов – на скуле.

Мучительно медленные глубокие проникновения, которые пока – непривычны, не совсем понятны. Которые хочется изучать, но делать это — сложно…

Ей хорошо настолько, что это слышно двоим.

Даниле не сложно входить – Санта более чем готова.

На каждом новом проникновении из неё вылетает новый же стон или выдох. Пальцы бродят по мужскому телу, то и дело вжимаясь в кожу ногтями…

Данилу всё это распаляет, его движения становятся резче. Он понемногу себя отпускает. Это могло бы пугать, ведь Санта пока не знает, есть ли риск возврата боли. Но его толчки несутся один за другим, а боли нет. Зато есть знакомое чувство заразности желания.

Санта полнится своим, но ещё и его в себя впитывает. На каждом проникновении. На каждом выдохе.

С тем, как мужская рука берется мять. Ныряет под спину, спускается вниз, сжимает бедро до боли, а член заходит глубже…

– Господи…

Санта шепчет, прикусывая губу, сжимает ладонями щеки мужчины, жмурится, чувствуя себя пружиной. Ей кажется, что в горле пересохло, но и вода сейчас не нужна. Куда важнее, чтобы он не прекращал…

И слава всем богам, что он не собирается.

Темп движений Данилы становится куда более быстрым. Сами они – сильными. Дыхание – рваным. Его скулы каменеют под пальцами.

Она ещё не умеет определять для себя момент, предшествующий мужскому взрыву, но на каждом его движении Санта ждет, что взорвет её.