- Прости, мышка, треш какой-то.

- Я сама виновата, ты же сразу сказал, что надо выключить. Мама звонила.

- Прости, поехали?

- Ром, - Таша подходит к нам, лицо спокойное, но я вижу огонь в глазах. – Ром, так нельзя, нам нужна эта съемка.

- Нам? Или им?

- И нам и им! Пойми! Завтра они напишут, что ты капризный, наглый мажор, на которого не стоит внимания обращать и… будут правы!

- Почему это, правы? – я возмущена, но Таша меня игнорит.

- Ром, давай реал сейчас засунем характер в одно место, и…

- Я засуну. Только не характер. И не в то место, ясно? Я уехал.

- Ром, ты зря, погоди. Стой! – Таша хватает его за рукав, тянет к себе, - ради меня, пожалуйста, Ром! Ты же знаешь, сколько сил я трачу, ну хоть в этом ты можешь мне уступить?

Мне совсем не нравятся ее слова. Её тон. Словно мой Ромка – её собственность.

С другой стороны, я понимаю, что Роме нужно остаться. Что это важно.

- Ром… - смотрю ему в глаза, пытаясь донести мысль. – Правда, я сама виновата. Останься.

Он стискивает зубы, смотрит на отца, тот кивает – да, лучше на лезть в бутылку, разрулить.

Передо мной извиняются, я сажусь на прежнее место, смотрю дальше как ловко отвечает Рома. Слышу сзади шорох.

- Спасибо тебе, Лер, это правда важно для меня, для нас.

Таша.

- Я это для Ромы сделала.

- Я поняла. Я тоже всё для него делаю. Он классный. В такого нельзя не влюбиться.

Не отвечаю. Не очень понимаю эту её реплику. Зачем?