И вот в обозримом “будущем” замаячила кровать, но видимо, это был не наш случай.

Мирон скинул рукой с комода какую-то ерундистику. Да, я даже уже и не помню, что там стояло, но это “что-то” со звоном повалилось на пол. А потом он усадил на него меня. Сжал ладонями за талию и придвинул ближе к краю.

Еще чуть ближе…

О-о-ох!

Я уже искусала все губы в кровь от ощущения его каменного желания, упирающегося мне между ног. Выгнулась навстречу от необходимости быть еще ближе. Максимально возможно близко!

И я сейчас умру от остановки сердца, если мы немедленно не начнем...

Ну, или наоборот, не дойдем до финала. Желательно вместе и в том же темпе, что брели до спальни. Диком, страстном и мысли вышибающем.

Но-о-о…

Мир медлил. Поднял свой затуманенный желанием взгляд глаза в глаза и, по всей видимости, решил сбавить темп. Обхватил ладошкой за затылок и поцеловал.

Так…

Так…

Нежно! Так сладко и мило. Трепетно, что дух захватило на контрасте со всем тем, что было ДО. А сердце по новой зашлось в волнении. Прикоснулся губами к моим губам так, как не целуют при одноразовом сексе. Так, будто у всего этого безумия есть продолжение! Есть… будущее.

А потом отстранился, утыкаясь лбом в мой лоб.

– Лера, – грудной шепот в мои губы. – Ты сводишь меня с ума, Совина! – проникновенный рык, вибрацией отдающийся во всем моем теле до самой макушки.

Слова попали в самое сердце.

Я сильнее сжала ноги на его бедрах и руки на плечах, впиваясь ноготками в спину мужчины, испугавшись, а вдруг он сейчас передумает? А вдруг… уйдет? Я же тут просто сгорю от неудовлетворения, разочарования и… разбитого сердца.

– Тогда почему ты… – хотела спросить, почему он остановился, но не успела. У меня была всего секунда, чтобы перевести сбившееся, тяжелое дыхание. Успокоить бег взволнованного сердца, чтобы потом громко вскрикнуть, когда одним движением бедер Мир заполнил меня до предела, заставив упереться затылком в стену и застонать от наслаждения и ощущения правильности момента.

Вот так!

Правильно!

Невероятно!