Испугался ли я, когда узнал про беременность Леры? Еще бы!

Новость свалилась на мою голову в самый для того неподходящий момент. Я и так был в жесточайшем раздрае, а тут еще такой “сюрприз”.

В первое мгновение, услышав, я опешил. Растерялся. Побледнел и чуть следом за Совиной не “ушел” в бессознательное состояние. Я мог ожидать всего, чего угодно, но не этого! Меня шатало и крутило внутренне, как на гребаном аттракционе. Эмоциональные американские горки! Голова же просто пухла и готова была разорваться от мыслей.

И… одолевающих сомнений.

Признаю, первый час после услышанного от врача меня посещали самые дикие и безумные версии, вроде: ребенок не мой и не от меня. Может быть, у Леры кто-то был до “нас”? Или, в конце концов, это малыш братца? Но… сроки, озвученные мне, не оставляли сомнений. Считать я, к слову, умел неплохо. А потом еще и появившаяся в больнице Сонька, которую привез Костя, подтвердила сказанное доктором, и проснувшаяся было тревога утихла. А отбросив эмоции, что захлестывали, и включив трезвую голову, я понял, что снова веду себя как мудак, рождая в своих мыслях лишние подозрения насчет той, которой я должен после всего доверять безоговорочно! Где-то глубоко внутри уже тогда я чувствовал, что это не очередная игра. Таким в принципе не играют. А в тот момент, когда Лера очнулась и испуганно посмотрела на меня, боясь спросить, что с малышом, я окончательно и четко осознал: мой.

Ребенок мой.

Наш с Лерой карапуз.

Словно по щелчку пальцев у меня отключили все лишние мысли и эмоции, оставив в голове только лёгкий страх от непонимания: как вообще так и что будет дальше? И безграничную радость, которая захлестнула, подобно волне в шторм.

Я стану отцом.

Я?

Отцом?

Вот тебе и попка в юбке, Троицкий. С ума сойти, как круто!

К слову, моя жизнь до встречи с Совиной всегда была ровной, привычной и максимально (как мне казалось) для меня комфортной. Серой и пресной. А потом случился "взрыв". Будто мешок с яркими красками разлетелся, окрашивая мое бесцветное, унылое существование во все цвета радуги. Быстро, резко и неожиданно крутанув мою жизнь на сто восемьдесят градусов.

Естественно, мне было не по себе. Страшно и волнительно от мысли: а вдруг не справлюсь? А вдруг я не тот, кто ей нужен? Вдруг я и отцом буду никудышным?

Сомнения одолевали постоянно, но я видел и чувствовал, что Лере не безразличен. Что чувство взаимны, просто, возможно, ей нужно чуть больше времени, чтобы осознать это и признаться в ответ. Я буквально жаждал услышать от нее  заветные слова –  я тебя люблю – и мысленно даже посмеивался над самим собой. Я стал романтичным, амурным хлюпиком, а в мозгах вместо серой жидкости поселился розовый кисель. Но ничего с собой поделать я  не мог .