– Что не так? – спросил он.
– Ничего, – ответила я. – Дай мне пару секунд. – Прежде чем он успел ответить, я шагнула к фанатам, вызвав еще одну волну криков. Я потянулась дать «пять» протянутым рукам, ударяла кулаком о кулак, касалась кончиков пальцев. Каждое прикосновение и связь придавали мне сил. Врывались в мое существо.
Когда мы, наконец, добрались до ворот, молодая латиноамериканка вырвалась из-за ограждений, ее конский хвост развевался за спиной, когда она бежала ко мне. Рен тут же поймал ее, едва не подбросив в воздух.
– Лаки! – воскликнула она, карие глаза были широко распахнуты, руки тянулись ко мне, пока ее удерживал мужчина-великан. – Я люблю тебя!
Я остановилась. И посмотрела на неё. По-настоящему посмотрела. В моем Instagram было столько комментов от девушек вроде нее.
Вначале я изо всех сил пыталась лайкнуть каждый коммент, ответить на какие-то вопросы. Но теперь Джи Йон управляла моими социальными сетями, и она безжалостно блокировала подписчиков и удаляла комментарии.
Я посмотрела на Рена и дала ему знак отпустить ее. Он послушался. Но все равно сильно нахмурился. От удивления девушка застыла на месте.
– Я тебя вижу, – сказала я, потянувшись и обняв ее. – Хочешь фото?
Она кивнула, не в силах говорить. Её руки тряслись так, что она не могла переключить камеру телефона на селфи.
– Хочешь, я это сделаю? – спросила я. Она снова кивнула, трясущимися пальцами передавая телефон мне. Я направила его так, чтобы мы обе были в кадре. – Скажи: «кимчи», – со смехом сказала я. У нее вырвался смешок, и я тут же сделала снимок, в момент, когда она улыбалась.
Когда я вернула ей телефон, она начала плакать.
– Спасибо… спасибо, – сумела сказать она.
Сколько я видела плачущих фанатов в первых рядах на своих концертах, но проходила мимо них? Я стала так равнодушна к этому. Стала равнодушна