Господи… за этой вереницей бессонных ночей и дней, наполненных заботами о сыне, они с Крисом не так уж часто бывали близки. Кристофер в принципе почти четыре месяца после рождения ребёнка её не трогал. Соня ходила по дому, как зомби, ещё и восстанавливалась после естественных родов прилично по времени. Потому что мелкий чуть пересидел и выскочил из неё, когда, видимо, совсем припёрло. Был он в четыре килограмма с лишним. Крупненький и капризный. У Алекса или Алексиса, а для бабушки и дедушки – просто Алёшки, было два состояния: есть и спать. И делал он это исключительно на груди у Сони.

Но постепенно ночные сны у мелкого становились всё дольше, а прогулки с бабушкой перерастали в часовые блуждания по парку, вот тогда и у Криса с Соней личная, а, вернее, интимная жизнь более-менее начала появляться. Где же они так прокололись, что на тесте вторая полоска заколосилась?

Соня бы даже не поняла, что снова в положении, если бы не эти странные и давно позабытые ощущения, какие были у неё год назад в первую беременность. Закралось подозрение, решила проверить, чтобы успокоиться, и… вуаля.

Успокоилась…

- Капец, - подытожила она, посмотрела на себя в зеркало, развела руками и выдала: - И как я ему скажу?

Внутри, даже против воли, всколыхнулось неприятное тошнотворное чувство. Это было сильнее её. Просто тело и нервная система на подсознании помнили, как Крис отреагировал на новость в тот самый вечер на террасе, сколько всего нагородил ей. Пусть они даже не раз обсуждали это, тем более, отголоски тех событий в семье Кристофера аукались до сих пор, всё равно Соню замутило. Психологические якоря сильнее разума.

Крис старался стереть из памяти всё плохое, что могло ассоциироваться у неё с их лондонской квартирой, наполнил это место любовью и новыми счастливыми воспоминаниями.

На глаза навернулись слёзы, и Соня почувствовала лёгкую нотку отвращения к самой себе. Вторая беременность и опять никакой радости. Что-то с ней явно было не так.

Можно было, конечно, промолчать, обождать, но Соня не была бы Соней, если бы сразу не пошла к мужу, чтобы выложить ему эту новость, как на духу. Сунула тест в карман платья и спустилась на первый этаж родительского дома.

Летом они гостили в Питере у её родни. Она кое-как с горем пополам сдала в Лондоне сессию. Крис её, конечно, очень поддержал и помог, и никакого перерыва ей делать не пришлось: оба семестра закончены, но теперь Соня не была уверена, что выдержит новый «забег» в таком же темпе. А учиться нужно было ещё два года.

- Ты чего плюёшься? – долетел до неё смех Криса. – Ешь, давай, смотри, какая вкуснятина. Ам… ням-ням. Настоящие овощи. А запах? А аромат? Давай-ка ещё ложку. Главное начать, и войдёшь во вкус.