— Спасибо, милая. Для меня это важно.
Но вслух она сказала совсем не то, что думала:
— Да, для меня тоже.
Флоренция, вилла «Кассаделламоре», 3–19 декабря
Флоренция, вилла «Кассаделламоре», 3–19 декабря
За последовавшие за этим две недели они не поссорились ни разу. Днем они валялись на ковре у камина, гуляли в саду, смотрели фильмы и просто телевизор, лениво переключая с канала на канал, много и вкусно ели. Готовила в основном Рози — выяснилось, что она отменный кулинар. Вспомнив, чему ее учили в частной школе на уроках кулинарии, Кристина приготовила вкуснейшее рагу, чем здорово удивила всех, и по просьбе мужа потом дважды делала его «на бис». Ну а Рой оказался «богом мяса», как его называл Питер. Он, как настоящий американец, умудрился раздобыть гриль и делал в саду такое барбекю, что однажды к ним заглянули соседи с просьбой угостить их кусочком столь ароматно пахнувшего мяса. Выходили из дома они нечасто, да и то неполной командой — Питеру приходилось много работать, и он запирался в кабинете, в то время как Кристина была вынуждена развлекать себя сама. Но на помощь ей всегда приходили Рози с Роем, и именно в эти моменты они и устраивали вылазки в город. С благословения Питера эта тройка прогулялась пару раз по Флоренции, посетив галерею Уффици и музей Академии изящных искусств, наведалась в Институт дизайна, где Кристина узнала список предметов, расписание, стоимость обучения и все то, чем обычно интересуются абитуриенты. Обо всем этом и не только, лежа у камина, она подробно рассказывала мужу, попивая с ним шампанское. Он играл ее волосами и улыбался каким-то своим тайным мыслям. Иногда Кристина задумывалась о том, что это неправильно, что в медовый месяц она гуляет по прекрасной Флоренции с камеристкой и охранником, но те же Рози, Беннет, да и Рой с Аткинсом постоянно так или иначе упоминали о занятости Питера. Камеристка даже как-то призналась ей, что, по словам Беннета, Питер «никогда не проводил столько времени ни с одной из женщин. Никогда!» И Кристина… нет, не смирилась. Она привыкла. Приняла это как данность. Зайдя как-то в букинистический, она заприметила там полку с книгами воспоминаний жен великих людей и теперь запоем читала мемуары Джеки Кеннеди-Онассис, Йоко Оно, Клементины Огилви Спенсер-Черчилль и Гала Дали, благо все они были представлены на английском. Питер подтрунивал над ней, говорил, что ему очень льстит то, с какими людьми в один ряд ставит его жена, но она продолжала читать с огромным интересом, будто узнавая о муже нечто новое. Или не о муже?