Светлый фон

— Так встречайтесь хоть завтра и играйте. Я совсем не против.

Наверно, и на смертном одре, когда я буду умирать в окружении детей и внуков, она умудрится сказать что-то, что меня удивит.

Наверно, и на смертном одре, когда я буду умирать в окружении детей и внуков, она умудрится сказать что-то, что меня удивит.

Но вслух он сказал совсем другое:

— Завтра? Ты уверена?

Кристина порылась в памяти:

— А что у нас завтра?

Питер расхохотался:

— Малышка, ты понимаешь, что только что призналась, что совсем не готовилась к празднику… в отличие от меня.

Кристину осенило:

— День всех влюбленных! Конечно!

Питер кивал, прищурившись глядя на стремительно краснеющую жену:

— Ясно. Я, значит, без подарка. А для тебя подарок есть, милая. Уже доставили. Дома ждет.

Обожаю ее дразнить!

Обожаю ее дразнить!

Кристина судорожно соображала, что бы ответить, когда Патрик наклонился к ней и прошептал что-то на ухо. Она радостно встрепенулась:

— Кстати, да!

Питер заинтересовался:

— «Да» что?

— У меня тоже подарок. Просто ты получил его сегодня.