Светлый фон

— Хорошо, я сейчас разогрею и его. Ешь пока те, что горячие.

Она взяла второй кусок, горячий, и откусила, и вот тут ее накрыла волна восторга.

Господи! Как же это вкусно! Как же это чертовски вкусно, господи!..

Господи! Как же это вкусно! Как же это чертовски вкусно, господи!..

Флоренция, вилла «Кассаделламоре», 29 апреля, 03:14

Флоренция, вилла «Кассаделламоре», 29 апреля, 03:14

Она ела, а он смотрел на нее, отмечая все изменения, считывая малейшие оттенки ее поведения, самочувствия и бог знает чего еще. Ей действительно было вкусно, но она держала лицо. И осанку. Она прямо сидела на табурете, аккуратно держа ребрышки. И он бы никогда не догадался о степени ее восторга, если бы не ее пальцы. Она, как обычно, скинула туфли и поставила голые ступни на перекладину табурета, на котором сидела. Вот пальцы ее и выдали. Они жили своей, параллельной жизнью, то сходясь, то расходясь в попытке объять необъятное, отхватив кусочек пожирней. Они будто жмурились и щурились от восторга своей хозяйки, а он смотрел на них и думал о том, что впервые за этот месяц по-настоящему счастлив. Потому что она рядом, потому что наконец ест и ей вкусно, потому что…

Неожиданно Кристина икнула и в ужасе, зажав рот рукой, посмотрела на него. Он спокойно подошел и открыл холодильник:

— Ничего из того, что пьют с ребрышками, тебе нельзя — ни пива, ни виски. Молоко не пойдет, воду тоже не надо. Остается сок, будешь?

Он посмотрел на нее, она вновь икнула, покраснела и кивнула. Он налил сок и поставил его греться в микроволновку. Она аккуратно откусила кусочек и продолжила есть. Когда он поставил перед ней теплый сок, она положила обглоданное ребрышко на тарелку и принялась пить. Сделав несколько глотков, она поставила стакан и спросила:

— Что ты здесь делаешь?

— Тебя жду.

Она не донесла очередное ребрышко до рта:

— В смысле?

Питер усмехнулся:

— Рой сказал, что его жена, будучи беременной обоими детьми, совершала ночные набеги на холодильник. Он был уверен, что ты появишься здесь сегодня ночью.

Она смотрела на него во все глаза:

— И ты решил ждать?

— Да.

— Зачем?