Отводит ее к Крис, которая спит здоровым похмельным сном. Приходится дать врачу в три раза больше чаевых, потому что разбуженная посреди ночи Кристина крайне несдержана на язык. Зато она не болеет, и это уже хорошо.

Проводив врача, Крестовский возвращается к Ане.

– Тебе нельзя со мной спать, – бурчит она, наблюдая, как он раздевается. – Ты заболеешь.

– Зараза к заразе не липнет. Болит что-нибудь?

– Голова, – признается она. – Температура поднимается.

– Ага или ваш ром с колой из организма выводится.

– Ты теперь будешь мне это вечно припоминать?

– Ближайшие полгода точно, – усмехается. – Я же должен отыграться за то, что ты обломала мне жаркую ночь.

– Ну почему обломала.

Она прижимается всем телом и… везет ей, что простыла. Похоже, Аня даже не понимает, какой эффект оказывает, прижимаясь к нему в тонкой ночной сорочке.

– Тебе жарко? Это еще у меня всего тридцать девять. Вот будет сорок два…

– Когда тебе будет сорок два, я уже буду на пенсии.

– Да ну тебя. Ты старше на двенадцать лет.

– Тебя это пугает?

– Нет.

Она молчит, а потом вздыхает:

– Ты ведь все равно в любовь не веришь и отношениями себя связывать не собираешься. Какая разница, на сколько тебя кто старше в кратковременном романе.

– А если бы это был не кратковременный роман? Разница имела бы значение? Или ты видишь рядом с собой исключительно ровесника?

И почему же так до ужаса не хочется слышать ответ?

– Я вижу рядом с собой человека, который будет меня любить. И которого буду любить я. А возраст это так. Дополнительная опция.