– Тогда скажи, кто придумывает правила.
– Я же уже сказал: люди.
– А почему мы должны их слушаться?
– Потому что они устанавливают правила.
– Мы можем сами устанавливать правила. Так папа говорил.
Я замираю. В последнее время он редко разговаривал о родителях, редко их вспоминал, а когда заговаривал о них, я старался поддерживать беседу, чтобы воспоминания о них не померкли.
– Папа говорил, что мы должны сами придумывать правила, а иначе плохие парни победят.
– Так он сказал?
– Да. Мы должны ходить в школу два дня.
– Доминик, так не положено.
– Почему?
– Дом, – сквозь зубы говорю я и выхватываю машинку. Губы у него дрожат от злости, и он смотрит на меня.
– Мы же люди. Мы можем придумывать правила, чтобы плохие парни не победили.
Несколько секунд он смотрит на меня с такой уверенностью, что я ему верю. Я поверю всему, что он скажет.
– Возможно, однажды мы сможем их изменить.
– Обещаешь?
– Обещаю.
* * *
Когда грозовые тучи заслоняют вдалеке солнце, по спине пробегает холодок. Море внизу свирепствует, а своенравные волны накатывают на шелковистый песок, создавая прочную и подходящую аналогию с тем, что тогда произошло. Той ночью я стоял на своей поляне, а в голове крутились слова Доминика. В их простоте и гениальности таился смысл решения всех проблем.